178. Юные и состарившиеся, приступая работать Господу, не одними страстями бывают боримы, но часто они имеют совсем противные недуги. Посему блаженно и преблаженно святое смирение, ибо оно как юным, так и состарившимся подает твердость и силу в покаянии.
179. Да не смущает тебя слово, которое хочу сказать теперь. Редки, а впрочем, есть души правые и нелукавые, свободные от всякого зла, лицемерия и коварства, которым пребывание в сообществе с людьми вовсе неполезно; но они могут с наставником от безмолвия, как от тихого убежища, восходить на небо, не имея нужды познавать опытом молв и соблазнов, бывающих в общежитиях.
180. Блудных могут исправлять люди, лукавых — Ангелы, а гордых — Сам Бог. Вид любви часто может состоять и в том, чтобы ближнему, когда он к нам приходит, давать свободу делать все, что ему угодно, и показывать ему притом радостное лицо. Должно испытывать, каким образом и доколе, когда и так же ли раскаяние в добрых делах уничтожает оные, как и раскаяние в злых истребляет сии последние.
181. С многим рассуждением должны мы рассматривать, когда, в каких случаях и доколе должно нам стоять против предметов страстей и бороться с ними и когда отступят. Ибо иногда можно по немощи предпочесть и бегство, чтобы не умереть душевно.
182. Рассмотрим и заметим (может быть, в свое время желчь и горечью возможем истребить), какие бесы приводят нас в гордость, какие нас смиряют, какие ожесточают, какие нас утешают, какие наводят мрак, какие обольщают нас лицемерным просвещением, какие делают нас медлительными, какие коварными, какие радостными и какие печаль ными.
183. Да не ужасаемся, видя, что мы в начале иноческого подвига больше обуреваемся страстьми, нежели когда мы жили в миру, потому что сперва необходимо возникнуть всем причинам болезней, а потом уже воспоследовать здравию. Может быть, сии звери и прежде где-нибудь скрывались в нас, но мы их в себе не примечали.
184. Когда приближающиеся к совершенству по какому-нибудь случаю бывают побеждены бесами в чем-либо и самом малом, то они немедленно должны употребить все меры, чтобы сие стократно восхитить от врагов.
185. Как ветры в тихую погоду колеблют только поверхность моря, а в другое время приводят в движение самую глубину, так должно заключать и о ветрах тьмы. Ибо в страстных людях колеблют они самое чувство сердца, а в преуспевших уже только поверхность ума, потому сии последние и скорее ощущают обыкновенную тишину свою, ибо внутренность их оставалась неоскверненною.
186. Одни совершенные могут всегда распознавать, какое помышление возникает в душе от собственной ее совести, какое происходит от Бога и какое от бесов. Ибо сначала бесы не все противное нам тайно влагают. Потому и предмет сей весьма темен.
Двумя чувственными очами просвещается тело, а мысленным и видимым рассуждением просвещаются очи сердечные.
187. Твердая вера есть матерь отречения от мира, действие же противного ей само собою явственно.
188. Непоколебимая надежда есть дверь беспристрастия, действие же противного сему само собою явственно.
189. Любовь к Богу есть причина удаления от мира, действие же противного сему само собою явственно.
190. Повиновение рождается от зазрения самого себя и от желания душевного здравия.
191. Воздержание есть матерь здравия, а матерь воздержания есть помышление о смерти и твердое памятование желчи и оцета, которые вкусил наш Владыка и Бог.
192. Споспешник и начало целомудрия есть безмолвие, угашение разжжения плотского — пост, а враг скверных и нечистых помыслов есть сокрушение сердца.
193. Вера и удаление от мира есть смерть сребролюбия, милосердие же и любовь предают за ближнего и самое тело.
194. Прилежная молитва есть погибель унынию, а память о последнем суде рождает усердие.
195. Желание бесчестий есть исцеление раздражительности; псалмопение же, милосердие и нестяжание суть убийцы печали.
196. Беспристрастие к вещам чувственным возводит к видению мысленных.
197. Молчание и безмолвие — враги тщеславия, но если ты находишься в общежитии, то переноси бесчестия.
198. Видимую гордость исцеляют скорбные обстоятельства, а невидимую — Превечный и Невидимый.
199. Истребитель чувственных змей есть олень, а мысленных — смирение. (э)
200. Из того, что видим в природе, можем брать ясные наставления и для духовной жизни.
201. Как змея не может совлечь с себя старой кожи, если не пролезет через тесную скважину, так и мы не можем отвергнуть прежние злые навыки и ветхость души и ризу ветхого человека, если не пройдем узкого и тесного пути поста и бесчестия.
202. Как тучные птицы не могут высоко летать, так и угождающему своей плоти невозможно взойти на небо.
203. Иссохшая тина не привлекает свиней, и плоть, увядшая от подвигов, не упокоивает более бесов.
204. Как часто слишком большое количество дров подавляет и угашает пламень и производит множество дыма, так часто и чрезмерная печаль делает душу как бы дымною и темною и иссушает воду слез.
205. Как слепец — неискусный стрелок, так и ученик прекословный погибает.
