– Есть кормилица, Айсулу зовут, «лунная красавица» значит, она недавно родила близняшек, но один мальчик умер. Видать, на небесах ангелочек нужен. Об этом роженица не догадывалась, потому готовилась кормить двух детей, так как знала, что двоих родит. Её груди налиты молоком не на одного малыша. Господь всё знает, и поэтому кормилицу приготовил. – Дитя умершее жалко, но на всё воля Господа.
– Девочку надо обязательно наречь именем Кюнсулу, «солнечная краса» значит. – Не тебе, сестра, решать, как называть новорождённую.
– Может быть, и так, не мне и не нам, но подсказать родителю имя девочки надо именно нам. – Почему это? – Бог так велит. – Раз так велит, значит, и подскажем. «Солнышко», говоришь? – Именно.
– Ты глаголила, тебе и родителю предлагать.
– Как думаешь, согласится?
– С именем согласится. Он мудрый. Кстати, вот и он.
Две сестры милосердия разговаривали так, что весь их диалог слышал отец новорождённой, и он подумал, а не специально ли для него сестрички так отчётливо и слышно беседуют, но заострять на этом мысли свои не стал. Впоследствии поймёт, что специально. Имя девочке он хотел дать другое, но остановился на варианте сестёр милосердия, сам не понимая отчего.
– Видим, вы всю ночь бодрствовали, переживали.
– Устал я.
– Вы бы отдохнули, уважаемый.
– Отдохну, придёт час. Покажите её.
– А вот она, вот ваш цветочек, глядите, как светится, словно солнышко.
– И правда, светится. Значит, быть наречённой ей Кюнсулу.
– И я говорю, что Кюнсулу.
– Такую радость да не огорчить бы ничем.
– Вы о чём это, уважаемый?
– Мне бы успеть её на ноги поставить, научить многому, замуж выдать, внуков понянчить.
– Вы сначала её понянчите.
– Это само собой будет так.
– Так что же вы так тяжело вздыхаете?
– Чувствую, мой век недолог. Она только родилась, а меня тревожные предчувствия одолевают.
– Вы не беспокойтесь: и в трудностях, и в опасностях Бог обязательно ей поможет.
– Спасибо вам, сестрички, на добром слове. Слово доброе вы мне сказали. Теперь прошу вас дать совет: мне с грудным ребёнком как быть сейчас?
– Радоваться рождённому новому человеку и жить. Мы вас не оставим некоторое время, будем находиться рядом, присмотрим за девочкой и за вами, научим, как справляться с ребёночком.
– Дай Бог вам здоровья и долгих лет жизни!
– И вам спасибо за доброе слово. На дворе весна, год тридцатый. Это год Кабана, хороший год.
– А чем он хорош?
– Кто рождается в год Кабана, обладает невероятной выносливостью, а она вашей дочери понадобится в будущем.
– Странно от христианки слышать языческие толкования.
– Ничего странного. Во-первых, мы в прошлом все язычники. Во-вторых, мы на Востоке много лет.
– Если вы толкуете по зодиаку, то можете предсказать и судьбу моей дочери?
– Можем, но не будем. Всему в свой час свершаться.
– Оно-то, конечно, так, но мне надо знать, как сложится её жизнь.
– Хорошо. Скажем только одно: она преодолеет все жизненные перипетии, встретит любимого мужчину, выйдет за него замуж, родит наследника мужу – странника жизни.
– Вашими устами да мёд пить.
– Мы что-то не так сказали?
– Всё может быть и так. Только в Киргизии девушки сами замуж не выходят. В наших краях женихи особо не интересуются чувствами своих невест. Юноша договаривается с родителями девушки, а если не сходятся в объёме калыма, то её просто воруют. Затем он лишает её девственности в первую ночь заточения, а утром с чувством выполненного долга надевает платок на голову несчастной. После такую девушку кроме дома жениха нигде не примут. Она родителям нужна только невинная и чистая. И будущему мужу она нужна только такая. Вот потому киргизки и остаются в домах своих женихов, несмотря на то, что их по-зверски насилуют в первую ночь похищения. Надеюсь, моя дочь избежит такой участи и выйдет замуж за достойного её мужчину.
– Ваша почившая жена, мы знаем, вышла замуж за вас по любви. Вы её не покупали и не воровали. У вас всё сложилось по взаимному согласию.
– Повторюсь, женихи здесь особо не интересуются чувствами невест, но вы правы, таковы не все. Наш с женой случай был исключением.
– Вы приятный пример исключения, который, поверьте, вскоре станет правилом здесь.
– Дай-то бог. А насчёт исключения скажу так: это не я, а моя жена была исключительной женщиной, надеюсь, дочь будет в неё, в маму свою, прекрасную, гордую и сильную духом.
– Так будет.
– Тогда аминь.
– Аминь.
