– Ты слишком доверял сердцам людей, – едва шевеля языком, произнес слабеющий Харас, из горла которого хлестала кровь. – Тамплиеры знают истину. Люди слабы, подлы и мелочны.
Едва ли Харас нашел бы более точные слова для описания его собственной природы.
– Ошибаешься, Харас. Наше Кредо утверждает противоположное. Постарайся вернуться к нему хотя бы в последние мгновения своей жизни. Я прошу об этом ради твоего же искупления.
– Со временем ты многое поймешь, Альтаир. Но учеба будет тебе дорого стоить.
Харас умолк, о чем-то задумавшись. Свет жизни в его глазах стремительно мерк, но умирающий предатель силился сказать еще что-то.
– Возможно, мне не хватало мудрости понять ваше Кредо. Зато мне хватило ума не верить в ту чушь, в которую веришь ты.
Глаза Хараса остекленели. Тело склонилось на одну сторону. С губ сорвался долгий хриплый выдох. Потом оно не застыло, а, наоборот, расслабилось, приняв смерть.
Сомнение, посеянное в душе Альтаира, дало всходы, но не сразу. Сражение с тамплиерами не располагало к неспешным размышлениям. Альтаир побежал на помощь Аль-Муалиму. Они сражались плечом к плечу, пока подоспевшие ассасины не окружили крестоносцев со всех сторон. Пыль во дворе крепости стала красной от крови убитых врагов. Сбежать удалось лишь немногим.
Ассасины одерживали верх и за стенами крепости. Уцелевшие крестоносцы торопились убраться подальше от ее стен. Сражение в деревне пока еще продолжалось. Вскоре оттуда примчались посланцы, чтобы сообщить Наставнику о положении дел.
Альтаир с Наставником уселись под деревом возле входа в Большую башню. Оба устали и позволили себе передышку.
– Скажи, Альтаир, зачем ты предлагал такому дерьму, как Харас, спасти перед смертью его достоинство? Зачем призывал понять его заблуждения и ошибки?
Польщенный тем, что Наставник хочет знать его мнение, Альтаир ответил:
– Никому из тех, кто покидает этот мир, нельзя отказывать в крупице доброты. В шансе на искупление.
– Но он отверг твои предложения.
– Это было его право, – слегка пожал плечами Альтаир.
Аль-Муалим пристально поглядел на него, затем улыбнулся и кивнул. Они встали и пошли к воротам крепости.
– Альтаир, ты у меня на глазах очень быстро превратился из мальчишки в мужчину, – начал Аль-Муалим. – Должен сказать, я горжусь тобой и в то же время мне очень грустно. Но в одном я уверен: сапоги Умара пришлись тебе по ноге, словно их тачали для тебя.
Альтаир поднял голову:
– Я не знал его как отца. Только как ассасина.
– Ты ведь тоже родился в нашем братстве, – сказал Аль-Муалим, положив руку ему на плечо. – Бывали ли у тебя моменты, когда ты сожалел о такой судьбе?
– Наставник, как я могу сожалеть, если никогда не знал другой жизни?
Аль-Муалим понимающе кивнул. Он поднял голову, чтобы подать знак дозорному, застывшему на парапете.
– Быть может, со временем тебе откроются и другие жизненные пути. Если такое случится, выбери себе тот, который тебе предпочтительнее.
По сигналу Аль-Муалима караульные у ворот вновь завертели рукояти лебедок, поднимая тяжелые створки.
– Идем, мой мальчик, – сказал Альтаиру старик. – И доставай меч. В этой битве мы пока еще не победили.
Они вместе вышли через открытые ворота навстречу яркому солнечному свету.
Яркий солнечный свет заливал собой все и слепил глаза. Эцио моргал, избавляясь от мелькающих разноцветных пятен. Потом резко тряхнул головой, чтобы выскользнуть из странного видения, и плотно зажмурил глаза.
Через некоторое время он открыл их снова. Бешеное сердцебиение постепенно сменилось привычными размеренными ударами. Эцио вновь оказался в круглом подземном помещении. У него в руке слабо мерцал каменный диск. Все сомнения отпали.
Он нашел первый ключ.
Эцио посмотрел на свечу, которая по всем расчетам уже давным-давно должна была бы погаснуть. Однако свеча продолжала гореть. Более того, она была почти той же длины.
Эцио убрал каменный ключ в сумку, где лежала карта, и двинулся в обратный путь, к дневному свету и Софии.
София порывисто отложила книгу, которую пыталась читать, и бросилась к Эцио. Ей хотелось его обнять, но она помнила о приличиях.
– Эцио! Salve! Я уж думала, что вы не вернетесь!
– Я и сам так думал, – ответил Эцио.
– Нашли что-нибудь?
– Нашел. Думаю, вам это тоже будет интересно.
Они приблизились к большому столу. София торопливо убрала валявшиеся там книги, после чего Эцио разложил на нем найденную карту.
– Dio mio, какая красота! – воскликнула София. – Надо же, а вот и моя лавка! В самом центре.
– Да, потому что это очень важное место. А взгляните на поля карты.
София надела очки и склонилась над картой, вчитываясь в названия книг:
– Редкие книги. А что за символы их окружают?
– Это-то я и надеюсь выяснить.
– Некоторые из книг не просто редкие. Очень редкие. Есть несколько таких, которые в последний раз видели более тысячи лет назад. Если их обнаружат, каждая будет стоить целое состояние!
