После очередной охоты на бородавочников принцесса вернулась в лагерь чернее тучи и до крайности раздраженная. Все четыре организованных Леоном загона закончились неудачей. Каждый раз звери выскакивали из чащи в неожиданном месте и заставали охотницу врасплох. Не сделав ни единого выстрела по любимой дичи, она на обратном пути сорвала злость на стайке павианов. Пять обезьян пали замертво, после чего остальные разбежались с паническими воплями.
Подъезжая к лагерю, Леон увидел два стоящих у навеса автомобиля «форд», выкрашенных в унылый защитный цвет. С десяток аскари в форме КАС торопливо выстроились в шеренгу и взяли «на плечо». Присмотревшись, Леон узнал и солдат, и сержанта – все из полкового караула.
– Сержант Миомани! Вольно!
Довольный тем, что его узнали, сержант расплылся в улыбке, лихо козырнул и, повернувшись к строю, гаркнул:
– Оружие к ноге! Вольно! Разойдись!
– Что это за люди? – настороженно спросила принцесса, когда они въехали в лагерь.
– Британские солдаты, ваше высочество. Это все, что могу сказать. Почему они здесь, даже представить не могу, – не моргнув глазом соврал Леон. – Надеюсь, нам сейчас все объяснят.
Судя по тому, что Пенрод Баллантайн примчался на день раньше ожидаемого срока, Маниоро и Лойкот неслись как газели.
Спешились около столовой, и Леон приказал встретившему их Ишмаэлю приготовить кофе – «да погорячее!». В палатку они вошли вместе.
Сидевший на складном стуле Пенрод торопливо поднялся и, опережая Леона, заговорил первым:
– Вижу, ты удивлен. – Пожав племяннику руку, он повернулся к принцессе. – Будь добр, представь меня ее высочеству.
– Ваше высочество, позвольте представить полковника Пенрода Баллантайна, – сказал Леон и, с опозданием заметив на эполетах Пенрода корону и три звездочки – повышение состоялось, должно быть, после их последней встречи, – поспешно поправился: – Прошу прощения, принцесса, не полковника, а бригадного генерала Пенрода Баллантайна, командующего силами его королевского величества в Британской Восточной Африке.
Пенрод отдал честь и, сделав три шага вперед, протянул руку.
Оставив без ответа приветственный жест, принцесса холодно взглянула на него, прошла мимо и заняла свое обычное место за столом.
– Кортни, скажите вашему повару, чтобы поторопился с кофе, – бросила она по-немецки и лишь затем снова посмотрела на Пенрода. – Что вам здесь нужно? Это частное сафари. Вы портите мне удовольствие.
Пенрод прошел к стулу напротив и, опустившись, развел руками:
– Ваше высочество, прошу извинить за беспокойство, я прибыл сюда по поручению его превосходительства губернатора Британской Восточной Африки. Дело в том…
– Я не приглашала вас садиться, – резко оборвала Пенрода принцесса, и он тут же поднялся.
Лицо его потемнело, но голос остался ровным, словно ничего и не случилось:
– Прошу прощения, мэм.
– Эти британцы… совершенно не умеют себя вести, – заявила принцесса, глядя куда-то поверх его головы. – Да, так что? Что нужно от меня вашему губернатору?
– Он прислал меня, чтобы сообщить вам об эпидемии опасного заболевания. Речь идет о бешенстве. Вспышка отмечена в Рифтовой долине, но сейчас болезнь быстро распространяется по всей стране. Ее жертвами стали более тысячи местных жителей, и это число увеличивается с каждым днем. Судя по последним донесениям, случаи со смертельным исходом отмечены в соседних деревнях. Ваше высочество, вам угрожает смертельная опасность.
Выражение холодного превосходства на лице принцессы накрыла маска ужаса.
– О каком именно заболевании вы говорите?
– Бешенство Рифтовой долины. Если не ошибаюсь, по-немецки оно называется Tollwut, мэм.
– Tollwut? Mein Gott![21]
– Совершенно верно, ваше высочество. Причем в данном случае заболевание проявляется в крайне опасной, высокоинфекционной форме. Заразившегося ожидает неизбежная смерть: жертва корчится в конвульсиях, страдает от жажды и в конце концов захлебывается собственной слюной.
– Mein Gott! – повторила негромко принцесса.
– Губернатор считает, что не вправе подвергать вас дальнейшему риску, но, прежде чем принять решение, он связался с Берлином. Секретарь его императорского величества передал распоряжения кайзера. Вам надлежит незамедлительно прервать сафари и срочно вернуться в Германию. Для вас зарезервирована каюта на борту итальянского лайнера «Рим». Отплытие из бухты Килиндини назначено на пятнадцатое число текущего месяца. Пароход направится в Геную, откуда вы сможете доехать поездом до Берлина. Мне поручено проводить вас до «Рима», который пришвартуется в Килиндини через пять дней. Если мы хотим успеть, нужно поспешить.
– Когда вы можете отправиться? – спросила принцесса и поднялась.
– Соберетесь за час, мэм?
– Jawohl![22] – Она выбежала из палатки. – Хейди! Брунгильда! Собирайтесь! Пакуйте чемоданы! Не трогайте сундуки. Уезжаем через час!
Оставшись одни, Пенрод и Леон переглянулись и ухмыльнулись, как мальчишки, только что устроившие грандиозный розыгрыш.
– Бешенство Рифтовой долины! Да уж! И как только вы все это придумали, Коварный Альбион?
