Игорь с ребятами записывали новый альбом. Я почти все время проводила в их студии, обустроенной ими своими силами. Они много курили, много пили, много играли и пели, много мусорили. Студия была наполнена звуками, разговорами и волнением круглосуточно. Я скользила между ними незаметной тенью, убирала окурки со столешниц, мыла грязную посуду, наливала им чай вместо виски, подметала полы. Но чаще я сидела в глубоком мягком кресле, слушала, как они ругаются, как бурно обсуждают очередную строчку песни, смотрела на репетиции, когда они снова и снова прорабатывали какие-то моменты. Я была счастлива. Они были для меня самыми лучшими людьми. И музыка, которую они играли – она была настоящая, живая, порой горькая, порой жестокая, порой до слез лиричная. Она была выстраданная. В ней жили бессонные ночи, натянутые нервы, в ней существовал целый космос, соединяющий души пятерых молодых парней. Космос… Да, это именно то слово, Игорь часто употреблял его, когда восхищался чем-либо.
***
Ничего не предвещало глобальных перемен в наших отношениях. Но звезды сложились в один момент так, что один его знакомый, организатор концертов, сломал ногу и предложил ему забрать две путевки. Со сломанной ногой в море не поплаваешь. Игорь растерялся от такой новости, но я за несколько минут убедила его в том, что мы успеем за пару дней собрать вещи и уладить все свои дела.
Целых три недели! С родителями мы ездили пару раз на море, но мне было тогда меньше десяти лет. А тут океан, да еще и практически бесплатно! Не отпуск, а мечта. Игорь тоже не был избалован путешествиями, точнее он совсем не путешествовал. Гастроли по соседним областям не считаются. Поэтому его раздумья были недолгими, мы легко бросили все: я учебу, он репетиции, и на три недели исчезли из жизни, оказавшись в раю.
***
В первый вечер на острове мы пришли на пляж за нашим гостевым домиком и просто упали на белый песок. Он был мягким и нежным, казалось, можно было спать прямо здесь, под открытым небом. Море ласкало, не выпускало из объятий.
Последующие дни и восторг от знакомства с соседними островами, с древними храмами, вулканами, кофейными плантациями я не могу сравнить ни с чем. Мы осматривали окрестности почти каждый день, рано утром, чтобы успеть до полуденного зноя во время которого лучше всего было лежать в домике на большой двуспальной кровати и любоваться прибоем сквозь открытые двери террасы. Вечер мы проводили на пляже или знакомились с традиционной местной кухней в маленьких прибрежных ресторанчиках. Вот ведь странно – мы оба даже и не знали, что на земле есть такие поистине райские места, где жизнь замирает, где каждый день, словно праздник.
Игорь пил местное вино, я – сок, а потом мы танцевали под открытым небом. Игорь часто смеялся, я никогда не видела у него такой искренней, радости. Мне казалось, что он счастлив со мной. Мы веселились, словно дети, наслаждались жизнью: он ходил по пляжу в ярких зеленых шортах, поднимал меня на руки, а я целовала его в ухо, от чего он начинал хохотать и ронял меня на песок. Наше счастье было песочно-желтого цвета. За три недели мы загорели, разучились носить одежду, разгуливая практически голышом. А еще за это время со мной не случилось ни одного приступа, которые так пугали Игоря.
– Тебе нужно обратиться к врачу, Лора. Это ненормально. Как эпилептические припадки, только ты впадаешь в какой-то ступор.
– Это не эпилепсия и никакая другая болезнь. Не беспокойся. Надо успокоиться, радоваться жизни, и все пройдет. Я с детства живу с этим, и знаю, что это такое.
– И что же это?
– Портал в другой мир.
Он замолчал, и, как мне казалось, даже побледнел. И тут я прыснула, а потом, запрокинув голову вверх, стала хохотать отчаянно громко.
– Дура ты…– и он тоже засмеялся вместе со мной.
***
Несколько дней на острове шли дожди. Настоящие тропические ливни. Они начинались внезапно. Я визжала от счастья, когда сплошные теплые струи, падающие с неба, накрывали меня с головой. И начинала танцевать. Ливень – это единственная музыка, под которую я великолепно танцую, даже Игорь подтвердил это, хотя вряд ли ему что-то было видно под сплошными потоками воды: так, неясное движущееся в разные стороны пятно. Игорь хотел отвлечься от работы на острове, но в сезон дождей по нашему номеру постоянно были разбросаны смятые листы с текстами. Он говорил, что у него в голове куча свежих идей, и что их нужно записать, пока они не растаяли в горячем воздухе.
Однажды ночью я встала попить воды и задержалась на террасе, чтобы полюбоваться на лунный свет, который серебрил волны. Дождя не было, море было спокойным. Все вокруг было так тихо и прекрасно, что я не выдержала и побежала босиком к воде. Искупаться в лунном свете – такая возможность предоставляется не каждый день. Вдруг я обрету вечную красоту? Тем более, что уже через несколько дней нам предстоял путь домой, в серую, холодную зиму. Но на тот момент об этом думать совсем не хотелось, не хотелось терять наше счастье.
