Ассирийцы. Покорители народов полностью

Раскапывать это сооружение начал в 1957 г. Маллоуэн, одновременно проводя итоговые исследования на акрополе Нимруда. В 1958 г. участники экспедиции сосредоточились исключительно на изучении здания Салманасара. После революции, произошедшей в июле 1958 г., и учреждения Республики Ирак обстановка в стране продолжала оставаться неспокойной, вследствие чего участники нимрудской экспедиции пришли к выводу о необходимости отложить работу до весны 1959 г. Однако она возобновилась только весной 1960 г.

В юго-восточной части Калху, где внешняя городская стена поворачивает под прямым углом на север (до этого она тянулась с запада на восток), уровень поверхности поднимается, образуя покрытый травой холм конической формы около 30 ярдов (примерно 25 м. – Пер.) в ширину, 110 ярдов (примерно 100 м. – Пер.) в длину и высотой в 65 футов (около 20 м. – Пер.), в угловой части укреплений внешнего города находятся остатки башни. В этой угловой части городской стены находится прямоугольная зона, расположенная заметно выше полей, простирающихся на севере и западе. Даже до начала раскопок стало понятно: данный факт является верным признаком того, что здесь находятся остатки древнего сооружения.

Весной 1957 г. мы обнаружили во вспаханной борозде ассирийский кирпич с клеймом, надпись на котором свидетельствовала о том, что он принадлежит «дворцу, возведенному Салманасаром, сыном Ашшурнасирпала, внуком Тукульти-Нинурты». Все эти имена указывают на нескольких ассирийских царей, однако генеалогическая последовательность, приведенная в надписи, не оставляет сомнений в том, что речь идет о Салманасаре III. Благодаря этой находке, первой на памятнике, мы поняли, что стоим над остатками ассирийского здания IX в. до н. э. Также было ясно, что нам не придется глубоко копать в поисках его стен, раз иракскому плугу с отвалом удалось поднять этот кирпич на поверхность. В ходе последующих раскопок стало понятно, что во многих местах стены возвышались над пашней всего на восемь дюймов (около 20 см. – Пер.).

Когда мы пригласили арабского бригадира для участия в работе экспедиции, он, будучи человеком, благодаря многолетнему опыту участия в археологических раскопках сумевшим стать специалистом в ассирийской кирпичной кладке, смог после непродолжительных поисков проследить на поверхности расположение некоторых стен здания. С помощью небольшого мастерка он соскреб разрыхленную почву, открыв плотный грунт, сухой и твердый, как цемент, из-за того что на протяжении многих недель не выпадали дожди. Стала видна тонкая белая полоска, прямая, будто ее проводили по шнуру, след штукатурки, покрывавший ассирийскую стену, сложенную из высушенных на солнце глиняных кирпичей, самана, или либна, как называют этот строительный материал арабы. С точки зрения минералогии он имеет тот же состав, что и глина, наполнявшая помещения древних зданий.

Из-за дождя и ветра происходила эрозия верхних частей стен, и они постепенно разваливались, оставаясь во дворах, комнатах и коридорах, однако само это обрушение предохраняло нижние части зданий. В результате данного процесса образовывался телль, высота которого, хотя и не достигает уровня изначального строения, превышает уровень окружающей поверхности. Новые здания часто строились на развалинах старых, причем иногда после расчистки и выравнивания использовались первоначальные стены: на них клали новые полы (из плит или утрамбованной глины) и возводили над ними стены. Так образуются археологические стратиграфические слои. Чем чаще возводятся новые здания, тем больше слоев формируется и тем выше будет телль.

Появление полоски штукатурки на поверхности тотчас же порождает элементарный вопрос: где находится стена – справа или слева от нее. В истории археологии известны примеры, когда участники экспедиции ошибочно срывали либн стены, оставляя несколько тонн плотного заполнения, скрывающегося за аккуратно раскопанной полосой штукатурки. Не допустить подобной ошибки можно только благодаря опыту. Кирпичи изготавливали из глины, становившейся после сушки на солнце светло-бурой, а глина, содержащаяся в заполнении, имеет сероватый цвет. Чтобы подчеркнуть это различие, арабы называют либн «красным», а почву заполнения – турабом, «черной», хотя для нас это различие выглядит как незначительная разница в цвете. Опытный арабский рабочий может точно определить, является ли ком земли, взятый наугад, частью ассирийской кирпичной кладки.

Находящийся во внешнем городе Калху телль, под которым лежало здание Салманасара III, был невысок. Исследования показали, что над этим сооружением почти не возводились вторичные постройки. Однако размер прямоугольной зоны, покрытой теллем, 220 (около 200 м. – Пер.) на 330 ярдов (примерно 300 м. – Пер.), свидетельствует о том, что под ним находится довольно большое здание. На рисунке 4 приведен горизонтальный план, по которому можно проследить расположение зданий, каким его видели исследователи в конце сезона, прошедшего в мае 1958 г.