— В общем, когда мы здесь появились, — смущенно закончил он свой рассказ. — Ты уже почти что родила. И хорошо, что…
— Хорошо, что я тут оказалась, — перебила его Матильда, появившаяся передо мной с ребенком на руках. — Не хотела больше никуда выезжать из гор, но ради свадьбы принца сделала исключение. И хорошо, потому что из мужчин акушерки так себе…
Она слегка презрительно, но вполне по-доброму фыркнула и положила мне на руки пыхтящий сверток. Уильям сияющими глазам смотрел как я разворачиваю ткань, прикрывающую лицо… Лицо нашего сына!
Он был прекрасен. Черные, как у отца, глаза, рыжевато-каштановые волосы… А потом малыш закряхтел и неожиданно повернулся на живот, продемонстрировав зачатки маленьких крылышек. Слеза выкатилась из глаз мужа и упала прямо на одно из крыльев, которые забавно шевелились.
— Дракон… — прошептал муж и покрепче меня стиснул. — У нас дракон, Алиса! И я люблю тебя, вас обоих…
Это были именно те слова, которые я давно мечтала услышать. На меня нахлынула волна головокружения — то ли от выполненной важной работы по рождению нового человека, то ли от нежных прикосновений мужа. Все разом вдруг чудесно изменилось. И не выдержав охватившего меня счастья, я прошептала в ответ:
— Я тоже люблю тебя, Уильям…
— Можешь звать меня Уи-Уи, — чуть смущенно и едва слышно произнес муж, уткнувшись мне в плечо.
— Договорились, Уи-Уи, — я улыбнулась. — А как назовем сына?
— Чарльз, как тебе? — Уильям чуть отстранился и заговорил громче. — Чарли?
— Отличное имя, — похвалила я и склонилась над сыном, называя его по имени.
На удивление малыш перестал кряхтеть и состроил на милом личике некое подобие улыбки.
— Ему нравится! — восхищенно воскликнул Уильям и поднялся с колен, на которых все это время стоял перед моим диваном. — Итак, дамы и господа, у нас наследный принц, принц драконий и горный, Чарльз Стоун!
Вокруг замел народ, раздались восторженные возгласы и хлопки в ладоши. Мой взгляд упал ан Оливера — каково ему сейчас, знать, что он теперь никакой больше не наследник престола? Но Оливер сиял счастливой улыбкой и обнимал свою пышногрудую невесту, радостно вопя, как все присутствующие.
— Да он же рад безмерно, что избавился от бремени, — произнес с усмешкой Уильям, уловив мой взгляд. — Оливер мне давно говорил, что терпеть не может всех этих королевских обязанностей. Наконец-то заживет спокойно.
— Вместе со своей Люси, — подхватила я.
— Ага, — чуть рассеянно ответил Уильям, потому что в этот момент его взгляд был прикован к выдающемуся вперед подобно амбразуре бюсту Люси. Но тут же переместился на лысую голову Оливера, после чего Уильям посмотрел на меня испуганно.
Он присел рядом со мной на диване, склонился и жарко зашептал:
— Ты должна немедленно мне пообещать кое-что. Нет, поклясться!
— В чем?
— Поклянись, что никогда, никогда не станешь применять свое колдовство к Чарльзу! Никогда!
Я посмотрела на него озадаченно.
— А если возникнет необходимость спасти ему жизнь?
Уильям оттер выступивший на лбу пот.
— Только разве в этом случае, — неохотно согласился он. — Но я тоже клянусь в свою очередь, что у тебя такой необходимости не возникнет. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы ты и сын жили долго, счастливо и в полной безопасности.
— Боишься, что сын облысеет? — поддела я мужа.
— Гораздо больше я боюсь, что он обзаведется пышным бюстом или ресницами в полметра, — наигранно шутливо вздохнул Уильям.
Но я-то видела, что не так уж он и шутит…
— Ладно, клянусь! — подняла в вверх правую ладонь, как будто принимала присягу. — клянусь без крайней в том надобности не применять к сыну свое колдовство.
Уильям облегчено выдохнул и поцеловал меня в губы.
Затем гостей выгнали танцевать, меня увели мыться и переодеваться. И свадьба загрохотала с новой силой…
Спустя два месяца
Уильям стоял рядом, обнимая меня за плечи одной рукой, второй держал гукающего Чарли. Выглядел муж настоящим собственником, сам прекрасно это осознавал и даже не пытался скрыть.
Мы давали бал. Первый с момента рождения Чарльза и посвященный именно ему. Перед балом была торжественная часть, где сына официально нарекли наследным принцем и присвоили титул. Сейчас же началась вторая часть — менее официальная, но зато более веселая.
Увидев спешившую через зал Матильду, я улыбнулась фее. Она стала крестной нашего сына, даровав ему при помощи магии полную защиту детства от всех невзгод.
— На взрослого такую защиту наложить не смогу, — извиняющимся тоном пробормотала фея, когда мы обговаривали ритуал. — Это только черная магия способна, что конечно же…
— Недопустимо! — оборвал ее муж, который теперь был настроен к черной маги крайне категорично. — Ничего, вырастет, возмужает, сам с проблемами справится.
Я тоже так думала. Главное — сын будет защищен в детстве, а потом сам разберется.
Вслед за Матильдой подошли Люси и Оливер — принц обнимал жену, не выпуская ее из рук. Люси, улыбаясь, сделал характерный жест над своим животом, из чего я сделал вывод, что их брак уже принес свои плоды.
Шепнув это на ухо мужу, я заметила, что он покраснел.