– И что же тебе там могло понравиться? Что они извращенцы? Думаю, она просто слегка преувеличила. Он просто напился и начал к ней приставать. Но в бане было делать это слишком жарко, вот они и убежала. Вот тебе и вся «пыточная».
– Зато я непроизвольно начала подумывать о том, чтобы позвать к нам мою мать.
– А она нас поймёт? – усмехнулся Ганеша, не веря во всю эту чушь.
– Я же говорила тебе, что она у меня далеко не дура. Ты ей, кстати, очень понравился. Так что я не думаю, что она будет сильно против.
– Но я же её даже ещё не видел, – стал он отмазываться от этой затеи.
– Зато она тебя уже видела, – усмехнулась Натали. – И не раз. Или ты думал, для кого я каждый раз выкидывала в окно твои вещи? Чтобы она наконец-то поняла то, чем именно мы тут занимаемся, и больше не приставала ко мне со своими глупыми расспросами: «Почему ты нас не знакомишь?» Потому что ты не такой, как все. Мои бывшие. Как ты меня и учил: «Не рассказывай, а – показывай».
– И что, она в этом ненаглядно убедилась?
– Нет, она заявила мне, что ты просто обычный симпатичный парень. А наши «брачные игры», как она сказала, ей понравились. Так сильно, что она была бы совсем не против и сама принять «во всём этом шоу», как она сказала, самое непосредственное участие.
– Так. Ладно. Мне уже пора, – поднялся он с кровати.
– Да не бойся, – усмехнулась Натали, – я сказала ей тогда, что ты этого не захочешь.
– Ну, слава богу, – облегчённо вздохнул Ганеша и снова сел на кровать.
– А для того чтобы она смогла принять во всём этом шоу участие, ей надо будет вылезти из-под кровати по моему хлопку! – улыбнулась во весь рот Натали и, сев на кровати, три раза громко хлопнула в ладоши.
Ганеша испуганно метнулся к выходу, но тут в замке металлической входной двери стал громко поворачиваться ключ, клацая на весь подъезд её многочисленными замками
– Это она! – испугано вскрикнула Натали. – Быстрее прячься под кровать. Я скажу ей, что ты только что ушёл!
– А вещи? – не понял Ганеша, со скоростью духа на утреннем подъёме залезая в клочья скатавшейся пыли под двуспальную кровать, глядя на свои, разбросанные по всей квартире, вещи.
– Я скажу ей, что выгнала тебя в своём белье. Как всегда. Забыв выкинуть твои шмотки. Всё. Тихо! А то я подарила ей твою анальную пробку!
(Рекламный ролик)
Новых воспоминаний – в шкафу – после этого постепенно становилось всё меньше и меньше. Так как обиженная на неё мать уговорила мужа не выделять Натали уже столько денег. Которые та, по её словам, всё равно выбрасывает в окно! Отец Натали понял это по-своему, но дал себя уговорить. Под угрозой применения анальной пробки. Втихаря кидая Натали небольшие суммы на карточку, чтобы жена не смогла это отследить.
– А что ещё за месяцы поцелуев? – не поняла Натали, листая тетрадку Виты, которую Ганеша, в спешке, у ней оставил.
– Через пару недель непрерывного секса с Витой, я вернулся к Васаби и сказал: «Всё, твой отпуск за свой счёт закончился. Пора выходить на работу. И указал на постель. Но оказалось, что из-за ошибки телефона я её не так понял и принял её «прости меня» за «отпуск меня». То есть я чувствовал себя глубоко виновным в том, что из-за изобретателя Т9 изменял ей с Витой. Поэтому больше ничего, кроме поцелуев Вите с тех пор не позволял. А как только я наполовину расстался с Васаби, то снова закрутил с Витой. Но теперь, на всякий случай, позволил ей только углубить её поцелуи – до минета. Делая вид, что подготавливаю её для будущего секса. Мол, горячо и надолго.
– Как это – наполовину расстался? – не поняла Натали, что такое возможно.
