— Согласна. Тогда мы с Эрданом пойдем поговорить с ребятами, а ты, Дохляк, узнай способ вернуть нам память, чтобы, выйдя из леса, мы все помнили. — Потом я посмотрела на Монти и спросила: — Что там с Туманным лесом? Ты вчера говорил, что вроде уже готов отчет по нему.
— Лес как лес, — злобно отреагировал он. Думаю, подчинение мне его до сих пор смущало. И поэтому он резко перепрыгнул на другую тему: — Ты думаешь, есть волшебная пилюля памяти? То есть Генерал не может ее найти, а он тут давно, а мы найдем? — возмутился Монти.
— Ты, мне кажется, слишком много знаешь о Генерале? — подняв бровки свои, огрызнулась я.
— Я знаю многое о лесе и о ситуации вокруг него. — Монти немного оскалился, потом махнул рукой и продолжил: — Да ну тебя, Дина, хватит так смотреть на меня. Иди, Дохляк, займись бесполезными поисками. Удачи! Командир же настаивает, — злобно прорычал он и отвернулся от нас.
— Ну вот и первая ссора! — грустно подытожил Дохляк. — Я знаю одно: что лишние поиски не помешают. Генерал одними пользуется источниками, я — своими. Они разные, и, может, у меня что и получится.
— Монти, рассказывай про лес, и хватит так реагировать болезненно, — сказал Эрдан.
— Действительно, каждый раз, как про лес и Генерала заходит речь, ты как с цепи срываешься, — добавил Дохляк.
Я продолжала грозно смотреть на Монти. Он повернулся к нам и, немного опустив глаза, сказал:
— Туманный лес был раньше домом моей расы, — сказал он и улыбнулся мне, давая понять, что забыл про обиды, потом продолжил: — Лес был обычным, но после того, как мир стал игровым, многое изменилось. — Монти посмотрел по сторонам и заговорщическим тоном продолжил: — Стали появляться чужие голоса, духи мертвых, мутанты, разные необычные существа. Вампиры подтвердили информацию о том, что при выходе из леса теряется память и ты ничего не помнишь о том, что произошло в лесу.
— Ну потерять память о том, что случилось в лесу, не страшно. Мы ничем не рискуем, так? — прошептал Дохляк. Потом огляделся вокруг, не понимая, почему Монти перешел на шепот, и немного подвинулся ко мне.
— В общем да, — продолжил обычным голосом Монти и ухмыльнулся, видя, как Дохляк играет с ним в таинственную игру под названием «страшилки на ночь от Монти».
Дохляк в этот момент весь съежился и задрожал немного. А Монти решил добавить ярких красок в сказанное.
— И к сведению, вампиры таки пьют человеческую кровь и, дабы укушенные потом не вспомнили об этом, делают это в Туманном лесу.
— Сами-то они хоть помнят что-то? — уточнила я, тоже таинственным голосом.
— Да, они все помнят и ходят потом по ночному замку, заглядывают в каждую комнату и спрашивают у всех, — продолжил говорить шепотом Эрдан и оглянулся вокруг.
— Что, что спрашивают? — дрожа от страха, спросил Дохляк.
— Отдай мое сердце! — закричали мы с Эрданом, не сговариваясь, и выставили свои руки к Дохляку. Тот упал в обморок. Монти присвистнул и покачал головой.
— Это как же мы с таким бойцом-то будем по Туманному лесу ходить? — добавил он и продолжил: — Вампиры могучие существа, и головной мозг у них другой, им сложно стереть память. У них очень сильно развита вкусовая, эмоциональная и обонятельная память. Поэтому, выходя из Туманного леса, они могут вспомнить происходившее там. Не детально, но могут.
— О как! А в фильмах они могут самостоятельно стирать память укушенному, кстати, — заметил Эрдан.
— Древние да, но эти-то игровые! Для того чтобы расширить игровые возможности реального вампира, надо пить кровь людскую несколько веков. Затем передавать свои сильные гены следующим поколениям. При создании игры все расы начали с нуля, вампиры, которые пили кровь людей, не прошли Алтарь и погибли. Чтобы раса не исчезла из этого мира, они стали пить кровь животных, но в то же время это уменьшило возможности расы.
— Надо мне изучить побольше информацию про войну Богов и алгоритмы игрового мира. Этот странный Алтарь, который решает, кому жить, а кому умереть, покоя мне не дает, — сказала я, задумавшись.
— Хм, а мне кажется, ты знаешь уже больше, не так ли? — спросил Монти.
— Так, Монти, хватит на мне свои приемчики использовать змеиные! — я немного помотала головой. Потому что почувствовала гипноз на себе.
— Прости, это порой неосознанно происходит. Таханцы ведь змеи, и это, в общем, гены. Гипноз срабатывает, когда общаемся с жертвой, сорри — с кем-то, — быстро затараторил Монти.
— Слушай, я еще в первый день нашего с тобой знакомства почуяла твой гипноз. На мне это не работает, у меня очень хорошо прокачаны определенные навыки, — сказала я и продолжила: — Сейчас поиграем с ребятами вместе и пойдем делать свои дела.
— Дохляка будем приводить в чувство? — уточнил Монти.
— Не думаю, пошли играть! — крикнул Эрдан и побежал к детям.
Я поиграла минут тридцать с ребятами и пошла отдыхать к Клавдии, она сидела в этот момент рядом с тем местом, где упал в обморок Дохляк. Я посмотрела по сторонам и, не увидев его, спросила:
— Куда Дохляк ушел?
— Да вон он, летает, — Клавдия показала в небо пальцем. — Хвастается, дракончик наш пахучий.
