Я пыталась не думать больше, чем проговаривала в чат в голове, он ведь мысленный и то и другое там моментально воспроизводилось голосом. И я могла выдать лишнего своим ответом. И тут Яков внезапно сказал:
— Дина, я понимаю, что у тебя очень необычные характеристики и особенные внутренние силы, которые не свойственны расе человека. Ведь, как ты знаешь, внутренние силы всегда связаны с расой.
Я молчала. Яков был очень умен. Он был куратором города Квамос и членом Совета Старейшин. Его знания были обширны, и он помогал вновь прибывшим адаптироваться и развиваться в этом мире. Он лучше всех знал, какие внутренние силы могут быть у представителей различных рас. Многие методички в этом мире были написаны его рукой.
И я уже наговорила достаточно, чтобы он смог сложить два и два.
— Дина, я тебе не враг. Если ты считаешь, что мне пока рано знать правду, я буду хранить свои догадки при себе вечно, пока ты сама не доверишься мне, — серьезно произнес Яков.
— Что вы пристали к ней? — вдруг возмутился Богдан.
— Ага, значит, ты в курсе, Богдаша, — ехидно заметил Петрович, прищурив глаза.
— Моя настоящая раса — это секрет, — решительно вмешалась я. — Возможно, я могу вам доверять, но…
— … Мы в твоей власти сейчас, и наша жизнь зависит от тебя. Ты можешь решить этот вопрос для себя раз и навсегда, — грустно сказал Яков, опуская голову.
— Она так не поступит никогда! Вы ее плохо знаете, — перебил мрачные мысли Якова Петрович.
Я глубоко вдохнула и произнесла твердым голосом:
— Я решу этот вопрос раз и навсегда.
Затем я отключилась от чата, переполненная эмоциями. Слезы потекли градом по моим щекам.
'Как я могла так глупо попасться? Что мне теперь делать? Яков — член Совета Старейшин, главный куратор города, который неукоснительно следует правилам. Петрович — Генерал-полковник Базы Север. А я — враг в мире Лурапис. Моей расе запрещено находиться здесь.
Друзья с трудом приняли этот факт, и то лишь после долгих испытаний. Генерал встал на мою сторону, потому что устал быть изгоем и захотел стать другим. С нами он обрел то, чего всегда желал. Но это исключение, случайность.
Какие у меня шансы с Яковом и Петровичем?'
Вдруг пришло уведомление от Ясного. Сквозь слезы я судорожно открыла сообщение и начала читать:
«Держи себя в руках. Я знаю, что произошло. И знаю, о чем ты думаешь. Яков написал мне и сказал, что будет в вечном долгу, если ты примешь правильное решение».
Держать их на том, что они мне должны? Бред. Я тут же подключилась к тихому чату.
— Вы ничего мне не должны, — резко начала я. — Если посчитаете нужным и не сможете скрыть мой секрет от вашего руководства, то решайте сами. Я не буду вашим судьей.
— Дочка, не серчай, — вдруг сказал Петрович теплым, почти отеческим тоном. — Мы твои друзья. Мы не раз стояли на передовой вместе. Держались друг за друга не ради выгоды, а потому, что нам дорого то, что мы имеем.
— Спасибо, — еле сдерживая слезы, прошептала я.
— Я же говорил, что мы — команда. И будем вместе, несмотря ни на что! — добавил Яков уверенно.
— И что нам делать? — спросила я, пытаясь собраться с мыслями.
— Одна из твоих характеристик… я не знаю, какая именно, — не позволяет заклятию полностью овладеть тобой, — задумчиво ответил Яков. — Думаю, твоя семья атаковала тебя, потому что ты мешала некой сущности завладеть ими полностью. Значит, каждый раз, находясь рядом с кем-то под властью этого заклятия, они будут чувствовать так называемый «отходняк». Это указывает на то, что заклятие связано с сущностями.
