Астения полностью

Глеб Александрович Ванин

Повесть «Астения»

I

Максим Сергеев проснулся позже чем обычно. После пробуждения он еще долго лежал в кровати и отрешенно смотрел в потолок. Казалось, он совершенно не торопился вставать. Было уже 11:30, когда Максим посмотрел время на телефоне. «Что они там подумают?» – спрашивал он себя, по-прежнему лежа в кровати. Максим не вышел сегодня на работу, и мысль об эффекте, там произведенном, забавляла его. Пролежав еще около получаса, Максим неспешно начал подниматься.

Он прошел на кухню и, приготовив кофе и яичницу, сел завтракать. Сидя за столом, Максим размышлял о предстоящем дне. Сегодня у него нет времени на работу. Сегодня особенный для него день, ему нужно решиться на важный шаг, который определит его дальнейшую судьбу.

За последние семь месяцев, что Максим работал в колл-центре одной крупной сотовой компании, это был его первый прогул. «Как не вышел? – представлял Максим Семенова, начальника смены, который был едва старше него, – да он у меня без премии останется». Максим не понимал таких людей, как Семенов, они жили исключительно работой и не имели помимо нее никаких интересов. Вся их жизнь строилась вокруг исполняемой ими функции и была придатком работы. Они видели себя только в качестве сотрудников: Оператор Иванов, кассир Жирков…

Зазвонил сотовый, прервав ход его мыслей. Максим не отвечал, поскольку звонили с работы, а он был не в настроении что-либо объяснять. Максим ненавидел работу. Работа забрала его жизнь, она держала его привязанным к месту, загруженным бессмысленными обязанностями. Его давили эти люди, их разговоры, мысли, он не хотел признавать распорядок, но не мог ничего поделать. Он был вынужден работать. Максим мечтал покинуть это место и никогда туда не возвращаться.

Он протянул к себе стопку листов, лежащих на столе, и, медленно вытащив их из файла, начал перечитывать текст, который вчера написал. Он недавно преступил к работе над книгой (или рассказом, он пока еще не знал точно, он колебался между рассказом в форме дневника или публицистикой). Вчера Максим написал то, что, скорее всего, будет введением:

«Контекст

Мы нигде, мы рождены в пустоте. Мы единственные существа, осознающие эту пустоту. Она нам неприятна и чужеродна. Но мы слишком хорошо ее осознаем, чтобы не задавать вопрос: «Зачем?»

Вопрос о смысле жизни не дает покоя человечеству уже на протяжении тысячелетий. С самого начала истории до наших дней люди находятся в поисках Смысла жизни, нужного им для нормального продолжения жизнедеятельности. Чтобы продолжать жить, для начала надо установить, для чего жить. И, несмотря на то, что многое указывает, что конечного смысла во вселенной нет и жизнь в целом бессмысленна (в том виде как мы понимаем смысл), люди не сдаются и по-прежнему продолжают поиски. Люди вопросительно смотрят на мир и ждут знака или сигнала, который указал бы дорогу к Правде или наставил на путь истинный. Примириться с фактом, что мир может быть бессмысленным, и принять во внимание, что сами понятия «смысл» и «цель» по сути своей людские, они не в состоянии.

Возникает вопрос, почему мы вообще верим, что Смысл существует? Мне представляется, что стремление к смыслу и пониманию – неотъемлемая часть человеческой природы. Мы чутки ко времени, мы знаем свое начало и свой конец. Жизнь – история, логично, что у нее должна быть цель. Но поскольку нам не даны ответы, а существуют только вопросы, и мир функционирует по неизвестным нам законам (а по законам ли?), мы придумываем способы, как ответить на наши вопросы.