Весь склон сопки был совсем голым, он вспух бугристыми наплывами свежей земли. Оползень. Гигантский оползень. Верхняя часть склона примерно на одну треть от вершины была срезана, как ножом, и вся эта многомиллионная масса грунта обрушилась вниз, завалив и часть сопки, и вековую тайгу.
Друзья осторожно взобрались вверх по осыпающемуся под ногами откосу, огляделись. Унылая картина голой буровато-серой земли, из которой лишь кое-где торчали искореженные стволы и корни деревьев, тянулась на многие сотни метров вперед и вниз, сливаясь там с черной болотистой низиной. Никаких следов тропинки дальше не было видно - оползень произошел совсем недавно, может быть, даже несколько дней назад.
Друзья молча переглянулись. Максим сбросил с плеча рюкзак и опустился прямо на землю.
- Кто мог предположить...
Антон, нервно ломая спички, закурил:
- Да, чистая работа, ничего не скажешь. Мат в два хода!
- Главное - озеро, Антон. Есть еще надежда...
- Что озеро! Думаешь, там сохранилось что-нибудь? Не-ет, пожалуй, мы уже бессильны. И как ни горько признавать поражение, а придется. - Он бросил недокуренную сигарету, сел на землю. - Но кто мешает нам, кто? Ты посмотри на это. Какой толчок должен быть, чтобы сдвинуть такую уйму грунта. Нет, мы с тобой два кустаря-одиночки. И к тому же, кажется, выпустили из бутылки такого джинна... - Антон вздохнул, потом взглянул на часы. - Однако время связи с Отрадным.
Максим вынул рацию, надел наушники. База ответила сразу.
- Вас слышим. Как успехи? - послышался бодрый голос практиканта Геры.
- Все хорошо, - устало ответил Максим. - Как вы там?
- Порядочек, Максим Владимирович! Только вот телеграмма из института.
- Читай.
- Значит, так... "Отрадное. Главпочта. Платову, Колесникову..."
- Ну что ты замолчал?
- Да тут, понимаете, такое... - Гера явно медлил, нехотя прочитал: Вот... "Профессору Платову немедленно прибыть в институт. Доценту Колесникову свернуть экспедицию, распустить штат, отправить малой скоростью снаряжение и оборудование, следовать в институт. Срок - неделя. Подпись - Победилов".
- Что-что?! Повтори! - Максим сдернул наушники и нацепил их на голову Антона. Тот выслушал телеграмму с каменным лицом:
- Та-а-ак... Приехали! Гера, ты вот что... Телеграфируй в институт, что мы в маршруте, на базе будем дня через три. Ну и... пока все. Завтра связь, как обычно. Привет всем! - Он неторопливо снял наушники, помял папиросу, чиркнул спичкой.
Максим вскипел:
- Что это значит, Антон?
- Не знаю. Во всяком случае, ничего хорошего.
- Но ты позвонишь им?
- Конечно, позвоню. Однако боюсь - это не изменит дела. Телеграмма похожа на приказ.
Через два дня состоялся телефонный разговор с институтом. Трубку взял профессор Победилов:
- А-а, Антон Дмитриевич! Привет! Очень рад, очень рад! Вы что же, всё там, в тайге? А у меня для вас новость. Да-с! Бросайте все и езжайте домой. Немедленно! Предстоит командировочка э-э... совсем другого рода. В Канаду.
- В Канаду?!
- Да, в Канаду - в Монреаль, по приказу самого министра. В порядке, так сказать, научного обмена. Года на два, не меньше. Что же вы молчите?
- Думаю. Но зачем такая спешка? Могу я провести отпуск здесь?
- Что вы, что вы, Антон Дмитриевич! Командировка с первого июля. А всякие там оформления и прочее, разве вы не знаете? Ехать придется с семьей.
- Понимаю, но как же лаборатория?
- Лабораторию передадим Колесникову. Не возражаете?
- Конечно, нет.
- Вот и отлично. Так что ждем! - Победилов повесил трубку.
- Все слышал? - обратился Антон к сидящему рядом Максиму. Тот молча кивнул.
- Надо ехать, Максим, - вздохнул Платов. - И мне и тебе. Не будем прощаться с Вормалеем навсегда, но...
- Все ясно, Антон.
- Хочешь сходить на озеро?
- Надо, сам понимаешь.
Антон скомкал папиросу:
- Ну что же, две недели дам. Но не больше. Дела не позволяют.
- Спасибо и на этом. Когда едешь?
- Сегодня, чего тянуть. Дел там действительно невпроворот. А здесь... Днем больше, днем меньше...
- Да, конечно, - согласился Максим.
Они вышли с почты, пересекли тихую деревенскую улицу. Долго шли молча, приближалось расставание. Антон пожелал Максиму только одно:
- Иди не в одиночку на Лысую гриву.
- Нет, в одиночку, Антон. Сам понимаешь, иначе нет смысла.
- Ну смотри. Я не могу запретить тебе этого, как не могу отнять твоей мечты. Хочу только предостеречь. Пожалуй, будь я на твоем месте, поступил бы... точно так же.
- Спасибо, Антон...
- Чего уж... Ну! - Он крепко стукнул Максима по плечу, тот прижал свою щеку к небритой щеке Антона.
5
Это было как чудо, о котором не мог и мечтать Максим. Он приехал в Ленинград на очередной научный семинар, как зачарованный ходил по улицам и площадям этого удивительного города, овеваемого весенним ветром, и вдруг увидел ее.
