— Я знал, что ты как-то жульничаешь, но не знал как! А теперь знаю! — удовлетворенно хмыкнул его высочество.
— И теперь ты счастлив? — парировала я, и тут же замолкла, обескураженная клацнувшими возле моего уха драконьими зубами.
— И то и другое дар Тубан. И со временем проявятся и другие дары. Просто научитесь верить в себя, и мудрость Тубан, и тогда никакое проклятие вам не страшно! — философски закончила центральная левая. — Ладно, теперь мы пошли, а через девять дней встретимся в другой реальности. И мальчики, девочки помиритесь, наконец, и разберитесь с этим заговором — ответ же прямо перед глазами.
— А точнее нельзя? — это снова была смелая я.
— Куда уж точнее! — презрительно кивнула крайняя правая, и Звездный Дракон растворился в воздухе.
— Ну, что будем мириться…, что ли? — предложил Рауль.
— Только после того как ты признаешься моей маме, что ты все придумал.
— И все?
— И все.
— А можно я лучше объявлю всему университету по громкоговорителю, что это ты меня бросила?
— Можешь если хочешь…, — легко согласилась я, — НО СНАЧАЛА ты все объяснишь моей маме!
— Но как я ей объясню?
— Не моя проблема! Дракон меня подери! Ответ прямо перед глазами! Очки!
— Какие очки?
— Мои очки, в которых я была в клубе, они же записывали всех, кто там был на видео. Но я была так зациклена на том, что же ты от меня скрываешь, что совсем забыла.
— И где сейчас эти бесценные очки?
— Надеюсь там, где я их и положила, в кармане моей кофты…
— Диана, ну, я же говорил тебе, что мы отличная команда!
— К маме с объяснениями ты все равно идешь, и прямо сейчас, потому что Маркиза итак уже полдня меня изображает, а у моей кошки нервы не железные. Уш! Ыш! Спасибо!!! Вы лучшие!
Каюсь, как и любая порядочная ведьма, я злопамятна и отнюдь немилосердна, и потому не смогла отказать себе в удовольствии собственными глазами увидеть леденящий кровь триллер под названием «Из принцев в отбивные котлеты». Для этой цели я даже использовала несколько капель дорогущего концентрата для приготовления зелья невидимости, а также практически суточный запас магии. Да, да, невидимость весьма энергозатратная штука, более того потом вы еще пару дней ходите с ощущением слабости как будто потеряли пару литров крови, и при этом крепатура такая, как будто бы над каждой вашей мышцей мышцеломы поиздевались отдельно. Именно поэтому невидимость применяется только в случае крайней необходимости; но у меня именно такая необходимость и была! Однако, то ли из-за того, что я недооценила принца, то ли из-за того, что переоценила маму, шоу оказалось откровенно скучным и не стоило ни только потраченных на него усилий и зелья, но даже не стоило тех десяти минут, которые я это вопиющее издевательство над моей требующей отмщения душой, наблюдала. Из некрасивой истории с оклеветанием меня невинной принц выкрутился не то, чтобы оригинально, но весьма элегантно: он рассказал только выгодную ему правду, и при этом почти ни разу не соврал. Хотя, начиналось все так многообещающе! Э-э-э-х!
— Ваше высочество? — удивилась моя мама, когда увидела его просящим аудиенции, — в такое время? Что-то случилось?
Ага! Я прекрасно знала, сколько время, когда отправляла его к маме. Было почти одиннадцать вечера.
— Графиня, прошу прощения за столь позднее вторжение, но я должен с вами поговорить…
— Говорите, раз уж пришли…
— Я не все рассказал о похищении…, когда я нашел Диану там… она была мертва…
— Что-о-о-О? — мама опешила и побледнела. — Я почувствовала ведь…
— Я вернул ее, но я не хотел, чтобы Диана знала или кто-то еще и зря беспокоились, потому что все обошлось. Но сам я со всеми этими проклятиями — не смог так легко забыть то, что случилось и поэтому начал отдаляться от Дианы. И она почувствовала, что я что-то скрываю, но не сумев добиться прямого ответа, она опоила меня зельем правды…, а не любовным зельем. Все остальное я придумал, просто я был очень зол, она перешла черту, я считаю, что она не имела права…
— Я понимаю вас Рауль, но и ее я тоже понимаю… так эти сны…, о которых она говорила… бедная моя девочка… и… спасибо за то, что вернули мне дочь… я этого никогда не забуду. В-вы, наверное, хотите поговорить с ней?
— Если можно? — ответил он ей.
Вот и вся история. Дальше я, не теряя ни секунды, впорхнула в комнату, где развеяла своего двойника, вернула себе видимую форму, и заняла положенное мне находящейся под домашним арестом место, то есть на диване с книгой, и с выражением обиженной моськи на лице.
— Ди! К тебе гости! И будь к нему снисходительна…, ты ведь тоже была не права, — примерила на себе профессию медиатора[28] мама.
— Это значит, что я больше не под домашним арестом? И с меня сняты все обвинения? — уточнила я.
— Рауль все объяснил. Все, включая…, — принц за ее спиной показывал мне застегивающуюся молнию на губах, очевидно, беспокоясь, что я неправильно пойму выражение «все».
