Астрономия полностью

HYGINI. ASTRONOMIA.

СЕРИЯ АНТИЧНАЯ БИБЛИОТЕКА. АНТИЧНАЯ ИСТОРИЯ.

Автором трактата, перевод которого предлагается вашему вниманию, назван в рукописях Юлий Гигин. К сожалению, мы не можем с определенностью сказать, что за человек скрывается за этим именем. Строго говоря, нам известны два Юлия Гигина. Один — знаменитый ученый энциклопедист времени Августа, подражавший в своем творчестве Варрону и сменивший последнего на посту директора Палатинской библиотеки. Ему принадлежат не дошедшие до нас труды о сельском хозяйстве, городах Италии, комментарии к Вергилию (из-за чего Авлом Геллием он был назван Грамматиком: Noct. Att., V, 8) и других. Другой — Громатик, то есть землемер, римский математик, современник императора Траяна, касавшийся в одном из двух дошедших до нас сочинений, De limitibus constituents, и астрономии. К этим двоим мы можем добавить еще двух Юлиев Гигинов — одного, автора «Басен» и другого, автора публикуемого здесь трактата. Ни об одном из них мы не можем сказать ничего, кроме того, что они авторы этих трактатов.

В такой ситуации совершенно естественными представляются попытки отождествлять этих Гигинов в разных сочетаниях. Однако, надо сказать, что все эти попытки мало продуктивны. Прежде всего, гипотеза о том, что «Басни» принадлежат перу того же автора, что и наша «Астрономия», очевидно, вытекающая из мифологической части этого труда, наталкивается на ряд препятствий в основном филологического характера. Затем, отождествление автора «Астрономии» с Гигином Грамматиком обязывает нас помещать этот труд во вторую половину I в. до н. э., что вызывает ряд трудностей, на которых ниже мы остановимся подробнее. Единственное, что можно утверждать с уверенностью, — автором астрономии не может быть Гигин Громатик, о чем говорят существенные расхождения как в языке, так и в астрономических представлениях обоих авторов. Таким образом, консенсус, насколько о нем вообще можно говорить в данном случае, состоит в том, что имя Юлия Гигина, автора «Астрономии», только имя и ничего более.

Но и в этом можно усомниться. На наш взгляд не исключено, что автор «Астрономии» мог взять имя известного энциклопедиста времен Августа для придания авторитета своему труду. Если этот трактат, что наиболее вероятно, принадлежит II в. н. э., то это вполне возможно, поскольку такова мода этого времени. Псевдоэпиграфы создавались, конечно, в первую очередь, в среде религиозных деятелей, особенно нуждавшейся в сильном авторитете. Это и некоторые раннехристианские произведения, подписанные именами апостолов, и «Оракулы Сивилл», и магический трактат, носящий имя Моисея, и алхимическая книга «Физика и мистика», приписанная Демокриту, и обширная литература, связанная с именем Зороастра. Однако, уже трактат Демокрита-Болоса выходит за пределы чисто религиозной сферы, да и псевдонимичность магической «Восьмой книги Моисея» не столько вызвана желанием догматически утвердить находящиеся в ней сведения, сколько является результатом рекламы, борьбы с соперниками, тщеславного желания утвердить собственную рецептуру, то есть продиктована внерелигиозными соображениями. Кроме того, астрологическая литература, к которой, как нам представляется, тяготеет наш трактат, нередко носит имена авторитетных в этой области людей — Нехепсо, Петосириса. Поэтому не стоит сбрасывать со счета возможность того, что имя автора — псевдоним.

О заглавии нашего сочинения надо сказать, что оно условно. В рукописях оно называется по-разному: «Об астрологии», «Об астрономии», «Книга астрономических вопросов», «Об измерении сферы», «О созвездиях», «О небесных знаках» и др. Название «Астрономия» встречает против себя возражение, поскольку автор использует не слово astronomi, а astrologi. Возможно, что авторским названием было «Сфера» или «О сфере». На это предположение наводит фраза из Предисловия, 6: «помимо нашего собственного описания сферы мы не оставили без внимания и надлежащего разъяснения темные места Аратова сочинения».