Платье очень шло к отросшим прозрачно-серебристым волосам Никки, и многие оборачивались, когда она проходила мимо: юноши смотрели на неё с полураскрытыми ртами, а девушки – с озабоченными лицами. Никки же была рассеянна и от многочисленных приглашений потанцевать неизменно отказывалась. Она совсем не была мрачной – как весной, но всё ещё не могла заставить себя прыгать в бодром танце вместе с другими ребятами.
Никки устроилась в кресле возле углового столика и прохладно смотрела на веселящихся студентов, о чём-то думая.
Джерри пришёл попозже – стройный, в чёрной рубашке со стоячим воротником и в ослепительно белых брюках, он был очень элегантен. Никки лишь скользнула взглядом по наряду Джерри, но зато другие оказались гораздо более внимательны к её старому другу. Не успел Джерри подойти к Никки и поздороваться, как сразу несколько девушек взяли курс на их столик. Раньше всех успела – почти подбежала! – эффектная девушка-Дракон с пышными рыжими волосами и в коротком изумрудном платье. Остальные претендентки исказились лицами и сошли с дистанции.
– Джерри! Джерри! Пошли танцевать! – Зелёные глаза Драконицы ярко горели. «Линзы, очевидно», – подумала неприязненно Никки.
Красотка схватила Джерри за руку и потащила его за собой. Джерри не мог отказать такому напору и, извиняясь, обернулся к Никки. Та кивнула – а что ещё ей оставалось делать?
Зал наполнился быстрыми ритмическими звуками не то румбы, не то танго – Никки не разбиралась в танцевальной музыке. Танец считался сложным, и большинство ребят расступилось к краям зала, перейдя в категорию зрителей. Лишь считанные пары остались на площадке. Но вот и они малодушно отсеялись, и – Никки не поверила своим глазам! – в центре площадки остался кружиться только изумрудно-чёрно-белый вихрь: Джерри и Драконица!
Они стремительно двигались под музыку – слаженно, как профессиональные танцоры. Все другие студенты с удовольствием наблюдали за красивой парой. Джерри и рыжая девушка оказались идеально согласованными в движениях! Они четко выполняли все сложные танцевальные па, и зрители встречали их успехи бурными овациями. Танец был по-южному страстен: девушка повисала тонкой талией на руке Джерри, наклоняясь головой до пола… обвивала стройными ногами его ноги… обнимала Джерри за шею, прижимаясь к нему разгорячённым лицом.
Никки таращила на них круглые глаза. «Где он научился так танцевать? – ошеломлённо спрашивала она себя. – Хотя… Много ли ты про него знаешь? Ты давно занята лишь собой…»
Ко всему прочему, зелёное платье рыжеволосой оказалось чистым блефом: оно больше походило на купальник с набором сложно составленных полосок, и при быстрых движениях красивая Драконица оставалась почти обнажённой в вихре развевающихся ленточек.
В груди у Никки возникло странное жжение, и девушка стала испытывать сильное беспокойство. Что-то было не так, но она не могла понять что.
– Робби, ты следишь за моей температурой и прочим? Я, наверное, съела какую-нибудь гадость… Ты можешь определить, что со мной?
– Конечно, могу, – невозмутимо сказал Робби. – Для того чтобы алгоритмизировать базисные инстинкты биосуществ, мне хватит арифметического калькулятора… Ты просто ревнуешь!
– Что ты имеешь в виду? – прикинулась непонимающей Никки.
– Ну вот наконец и соврала, – с удовлетворением отметил Робби. – А сама уже всё поняла. Гадость, которую ты не можешь переварить, зовут Элиза. С нашим другом Джерри танцует красотка, и это вызывает у тебя острое психическое раздражение. Хороший признак! Сильные эмоции возвращаются к тебе…
– А откуда ты – бездушная железяка – знаешь, что она красотка?! – рявкнула Никки, рассерженная на такой безжалостный хирургический анализ своей личности.
– Когда эта девица – Элиза дю Снайдер – примчалась и утащила с собой нашего Джерри, я снял лидарным сканером трёхмерную динамическую модель её поверхностей. Увы нам! Фигура Элизы – в верхних двух процентах своей возрастной группы согласно критерию Крамера – Рича, физиономическая красота – в верхней трети процента по тестам Лю-Бара. Общий показатель красоты – сто пятьдесят два, рекорд Колледжа. Это не мои, а ваши, человеческие критерии. Интеллект – сто сорок. Не принцесса, но богата. Очень хорошая девушка.
– Смотри сам не влюбись, транзисторы перегорят… – процедила сквозь зубы Никки. Информация Робби только усилила сердечное недомогание Никки – она перестала врать себе насчёт этого.
На площадке отгремели последние па огненного танца. Джерри остановился, подняв голову и раскинув руки, а девушка картинно замерла в гибком шпагате, обняв ногу юноши выше колена. Никки зашипела, как утюг, упавший в воду. Публика же взорвалась аплодисментами, а довольные и улыбающиеся Джерри с Элизой взялись за руки и принялись дружно раскланиваться.
