Королевские обязанности Никки росли как ком, катящийся в тёплом, липком снегу, и ей всё реже удавалось погулять с Джерри в лесу или парке. Юноша расстраивался, но ничего не мог поделать. И в этот раз он в одиночестве отправился в лес подышать свежим воздухом. Парка он стал избегать после памятного разговора с Элизой. В лесу спокойнее, там можно было найти совершенно укромные места. Джерри взял с собой лаптоп, чтобы поработать с книгой отца, и зашагал в дальний уголок леса, незаметно оглядываясь – он хотел быть уверенным, что его никто не видит.
На дорожке лежали косые утренние тени. Рассвет совсем недавно сменил двухнедельную лунную ночь, и птицы без устали пересвистывались в кронах деревьев радостной новостью о долгожданном восходе солнца.
Джерри с наслаждением вдыхал густой аромат прелой старой хвои, перебиваемый струями острого запаха молодой зелени. Иногда дорожка выбегала на небольшие солнечные полянки – и в лицо веял горячий ягодный дух.
У мшистого соснового пня юноша обернулся. Вокруг никого не было, лишь в луче света танцевала оранжевая бабочка. Юноша сошёл с тропы и двинулся прямо в гущу кустов. Через пару минут он вышел на знакомую полянку, окружённую зелёно-голубыми колорадскими елями. Полянка отличалась от десятка других подобных лишь хаосом крупных камней посередине. Две плиты образовывали что-то вроде кресла; Джерри с удовольствием устроился на камнях, положил голову на тёплый шероховатый монолит и вытянул ноги.
Солнце светило прямо в лицо. Юноша закрыл глаза и постепенно погрузился в приятно-расслабленное состояние ничегонеделания, доступное только очень усталым людям. А Джерри доставалось в последнее время не меньше Никки, разве что дела его не носили великосветского характера, и он мог заниматься ими где угодно. «Бедная Никки, – подумал он, – ей даже некогда выйти погреться на солнышке…» Он здорово не высыпался при двойной нагрузке – занятия в Колледже и работа в Центре – и на него незаметно навалилась дремота. Даже какой-то странный сон стал сниться.
Но недолго – на лицо юноши упала тень, и он открыл глаза.
Кто-то стоял перед ним, загораживая солнце. Лицо человека совершенно не различалось из-за солнечного сияния, но по фигуре было понятно, что это девушка.
– Никки? – ослеплённо моргая, озадаченно спросил Джерри.
– Вот и не угадал, – весело засмеялась девушка и села рядом на валун.
«Рогатый эльф!» – ругнулся про себя Джерри, наконец рассмотрев Элизу.
– Как ты меня нашла? – удивлённо спросил он.
Она неопределённо пожала плечом, на котором сидела оранжевая бабочка.
– А ты прятался? Я тоже знаю эту полянку. А что ты хочешь тут делать?
Джерри больше всего хотелось встать и уйти, но это было бы предельно невежливо. Он прохладно ответил, прозрачно намекая в прошедшем времени:
– Собирался немного поработать на свежем воздухе.
– Да брось ты, сколько можно работать! – засмеялась Элиза. – Ты и так лучший ученик среди Сов.
Элиза совершенно не расстроилась из-за того, что Джерри обознался и назвал её чужим именем – да ещё каким! – и в её голосе слышалась нескрываемая радость.
– Вовсе нет, – отрицательно качнул головой Джерри. – И у меня есть другие дела.
– Я знаю, – сказала Элиза. – Ты работаешь в Центре королевы Гринвич.
– Да, – сухо согласился Джерри, – у Никки.
– О нет! – с непонятным торжеством воскликнула Элиза. – Джерри, ты должен понять: твоя подружка уже не просто сотрапезница Никки. Она – королева! Младшая принцесса Дзинтара уже несопоставима с ней титулом.
– Ну и что? – нахмурился Джерри.
– Чудак! – рассмеялась девушка.
Джерри присмотрелся к ней внимательнее. Улыбающаяся Элиза была одета легко – на ней красовались лишь шорты-хаки и белая футболка. Загорелые ноги босы, лишь защищены от колючих шишек гибкими прозрачными подошвами. Рыжие пышные волосы до плеч золотились на солнце, зелёные глаза Элизы ласково смотрели на Джерри. Оранжевая, в тон волосам, бабочка сидела на плече девушки изящной брошкой.
«Шпионка!» – сердито подумал на бабочку юноша. Была бы его досада меньше, если бы рыжеволосая девушка не была так эффектна?
«Уран на боку! Какая неловкость!»
Джерри прекрасно знал, что Элиза в него влюблена, а умница Элиза отлично понимала, что он знает про это. А когда рядом с юношей сидит красивая и влюблённая в него девушка, то воздух становится наэлектризованным, как перед грозой. И эта напряжённость только усиливается от того факта, что сердце юноши давно занято, и он никак не может ответить на чувство девушки.
Даже если она первая красавица Колледжа!
– Джерри, ты совершенно не представляешь, что такое – быть королевой, – пустилась в объяснения Элиза. – Это принципиально другой уровень проблем и обязанностей, чем у нас – простых смертных. Когда я узнала, что Никки стала королевой, я очень обрадовалась! – откровенно воскликнула девушка.
– Да? – удивился Джерри.
– Конечно! – засмеялась Элиза. – Я сразу поняла, что ваша… дружба обречена. Никки перешла на уровень, когда привязанности к обычным людям уже не существенны.
– Я так не думаю, – сухо сказал юноша.
– Джерри, я лично хорошо знакома с несколькими королевскими фамилиями, – вздохнула Элиза, – включая
– Кажется, ты не очень любишь королей, – с трудом улыбаясь, сказал Джерри.
Элиза заглянула в глаза юноше.
– Джерри, я не эгоистка, которая думает только о себе. Я знаю, что ты остался один после смерти родителей, и понимаю, что дружба с Никки для тебя важна…
Девушка замялась.
– Я хочу, чтобы ты знал – у тебя есть ещё… один друг, которому ты… очень дорог. И мне страшно подумать, что будет, когда… Если бы Никки просто осталась богатой рантье и не лезла в политику… Но у неё амбициозные планы. Она должна войти в союз с другими королевствами, а главный путь для этого – брак с принцем другой династии… Милый Джерри, у тебя нет шансов стать мужем королевы, – серьёзно и с сочувствием сказала Элиза.
Джерри сдавило грудь. Он понимал, что Элиза говорит искренне, но его мозг отказывался верить услышанному.
– Я ещё не могу предсказывать будущее – вот доживу до него и там посмотрю… – сказал он мрачно.
– Конечно… – вздохнула Элиза. – Но я должна была тебя предупредить. Я знаю, что Никки платит за твоё обучение, и ты признателен ей за это. В таких условиях ты просто вынужден работать на неё.
– Мы работаем вместе не из-за этого, – возразил Джерри.
– Может, вопрос финансового долга сейчас не важен для тебя, но он – тот камень, который будет держать тебя в центре Гринвич, даже если ты захочешь уйти оттуда.
– Почему я должен захотеть уйти оттуда? – сердито удивился Джерри.
– Когда владельцем центра окажется не просто Никки, а королева Николь с мужем, каким-нибудь принцем, – медленно сказала Элиза, – тебе там будет трудно работать.
– Опять ты за своё! – рассердился не на шутку Джерри.
– Джерри, это может случиться скорее, чем ты думаешь, – сказала Элиза. – С юными королевами и принцессами часто так…
Мрачное молчание.
– У меня к тебе есть предложение… скорее – просьба… – продолжала Элиза.
– Какое предложение? – буркнул юноша.
– Пожалуйста, не сердись, милый Джерри! – воскликнула Элиза. – Не сердись и не хмурься! Я просто хочу, чтобы ты знал: у меня много денег. На сегодняшний день моё личное состояние, за которое я никому не даю отчёт, около двух миллиардов. Любимая прабабушка надарила… Ты можешь взять у меня сколько нужно денег и расплатиться с Никки.
Джерри хотел возразить, но Элиза предостерегающе подняла руку и добавила:
– У меня одних процентов набегает в год столько, что твой долг – ничтожная сумма для меня. Ничего не прошу, никаких условий не ставлю, ты ничем не будешь мне обязан – это я буду рада, что смогла помочь тебе хоть чем-то…
Девушка говорила с таким искренним чувством, что злость Джерри куда-то испарилась, и он тихо сказал:
– Спасибо за предложение, Элиза, – он, конечно, не собирался у неё одалживаться, но оценил её слова.
– Чудная полянка! – сказала девушка, оглянувшись вокруг. – И солнышко приятное, нежаркое.
Элиза легко поднялась на ноги. Сделала несколько длинных загорелых шагов по лужайке, а потом вдруг сняла футболку и бросила её на траву, оставшись в купальнике.
– Можно, я позагораю рядом?
Что можно ответить на такой вопрос?
Элиза закинула руки за голову и с очаровательной непосредственностью потянулась на солнышке.
– Я тебе нравлюсь? Я – красивая? – вдруг спросила девушка.
Джерри не умел врать:
– Ты не можешь не нравиться, ты – первая красавица Колледжа. Но какое это сейчас имеет значение?
Элиза радостно улыбнулась.
– Мне это важно знать! А
– Я хотел бы поработать, – наконец решился сказать юноша. – У меня много дел, которые надо сделать до завтра…
Элиза резко помрачнела – словно внутри неё выключили свет. Плечи девушки ссутулились, а голова наклонилась. Рыжие волосы потускнели и загородили лицо.
Элиза стояла неподвижно, опустив руки.
Вдруг на землю стали падать крупные прозрачные капли, поблёскивая на солнце. Они летели вниз медленно и часто, разбиваясь и оседая росой на траве.
– Что случилось, Элиза? – вскочил Джерри.
Девушка не отвечала.
Джерри заглянул ей в лицо. Оно было искажено такой мукой, что юноша вздрогнул.
– Элиза?
Слёзы лились беззвучно и беспрерывно.
Джерри взял девушку за плечи и тихонько встряхнул, пытаясь привести в чувство. В ответ Элиза неожиданно прижалась к Джерри и спрятала лицо на его груди. Юноша замер. Девушка всхлипывала и бормотала:
– Джерри… Джерри… я потерялась и не могу себя найти… у меня всё валится из рук…
Рубашка юноши быстро промокала. Отсыревшие слова еле долетали до слуха юноши, но слёзы были красноречивей слов.
– Джерри… ты мне снишься каждую ночь… я просто схожу с ума… я никогда не думала, что это может быть ТАК сильно…
Элиза подняла заплаканное лицо и посмотрела на него с таким отчаянием и такой надеждой, что он почувствовал себя последним негодяем.
Их губы были очень близки. Элиза закрыла глаза и замерла.
Не ответить на такое чувство – это как ударить ребёнка.
Но Джерри сказал:
– Элиза, я люблю Никки!
В его голосе были и боль, и непреклонная решимость.
Девушка вскрикнула, как птица, жестоко раненная на лету, сверкнула заплаканными глазами и, не разбирая дороги, вихрем умчалась в чащу леса – оскорблённая и прекрасная, в облаке огненных волос.
Джерри остался на солнечной тихой полянке один, тяжело переводя дыхание и пытаясь поднять упавшее сердце.
Оранжевая бабочка спикировала на ослепительно-белую футболку, брошенную хозяйкой, вцепилась в неё всеми лапками и, натужно жужжа, как огромный шмель, поднялась в воздух и медленно полетела вслед за Элизой.
– Чёрт! Дьявол! Чёрт! – Джерри был совершенно выбит из колеи.
Забытый лаптоп валялся у камней.
