Робби быстро оформлял все интересные находки и картинки в единый файл.
Профессор Тур, вы получите та-акой реферат!
– Землетрясения происходят из-за столкновения двигающихся плит. А почему тектонические плиты вообще двигаются? – спросила Никки у Робби.
– Торопыга, ты плохо усвоила материал, – насмешливо ответил Робби. – Кинетическая энергия медленной плиты размером с Азию меньше энергии движения одного обычного автомобиля. Плиты трескаются, и на их краях возникают землетрясения, не из-за скорости, а из-за давления. Автомобиль можно разбить ударом о столб, а можно раздавить медленным прессом. Землетрясения вызваны длительным толкающим воздействием на плиты.
– Кто же их толкает? – спросила Никки.
– Например, ветер, – ответил Робби. – Атмосферные течения, дующие в северном полушарии преимущественно с запада на восток, а в южном полушарии – наоборот, давят на горы и толкают материки по жидкой, скользской астеносфере. Похоже на то, как ветер гонит ледовые поля – и они наползают друг на друга.
– Ветер может двигать континенты? – изумилась Никки.
– Ветер, взаимодействующий с земной радиоактивностью и гравитацией, – подтвердил Робби. – В отличие от льдин, твердая океаническая кора тяжелее мягкой мантии и может в ней тонуть. Часть Тихоокеанской плиты тонет под Японским архипелагом, образуя глубоководные впадины и волоча за собой всю остальную подводную плиту. Цепь всё время образующихся Гавайских островов отслеживает это движение Тихоокеанской плиты на северо-восток…
Робби не успел объяснить всё толком, как пришёл Джерри и вытащил Никки из горячего подземного мира в гораздо более прохладный лес. Юноша заботливо следил, чтобы выздоравливающая Никки отдыхала побольше.
– Слушай, – сказала девушка. – Я развлекалась с сейсмокаталогом и обнаружила, что когда в северном полушарии Земли происходит всплеск слабых толчков, то в южном наступает минимум таких землетрясений. Робби порыскал по Сети и утверждает, что данный феномен никто раньше не замечал. Поразительно! Даже после долгого общения с профессором Дермюрреем я не могу понять, в чём тут дело! Ведь такие закономерности под силу обнаружить даже школьнику!
Джерри пожал плечами:
– Учёных мало, а проблем много. Рук и голов на всё не хватает, особенно для тщательного анализа многопараметрических каталогов.
– Это означает, что возможности таких ценных источников данных, как каталоги звёзд и землетрясений, банки геномов и белков, – далеко не исчерпаны? – заинтересованно спросила Никки.
– Верно! – согласился Джерри. – В сейсмокаталоге, с которым ты работала, наверняка спрятан ключ для предсказания землетрясений, но как извлечь его оттуда? Нужны оригинальные руководящие идеи, иначе даже Робби утонет в анализе такой огромной базы данных.
– Робби утонет? – воскликнула Никки. – Не верю: Робби может всё!
– Ну-ну, – проворчал Робби. – Не надо так льстить. Землетрясение имеет пять переменных – время, магнитуда и координаты. Простенькое сравнение сейсмоактивности двух прямоугольных областей пятимерного пространства приводит к функции двадцати переменных. Рассмотрение хотя бы десяти значений каждой переменной потребует расчёта десяти в двадцатой степени вариантов. Работая со скоростью тысяча вариантов в секунду, я закончу расчёты через три миллиарда лет. Нечего вам, людям, на нас, бедные машины, все заботы взваливать. Сами шевелите серым биокиселём, выдавайте неожиданные гипотезы. А мы, кремниевые педанты, их проверим…
Друзья неспешно проходили мимо густого куста, как вдруг из него выскочил енот и затрусил к ближайшему дереву – спасаться. Дерево оказалось очень дуплистым, с дырой возле корней, и испуганный енот не стал карабкаться по гладкой коре, а шмыгнул в дупло и забрался вверх по полому стволу.
Ребята остановились посмотреть, что будет дальше. Зверёк шуршал в пустом дереве – ему было очень неудобно сидеть в вертикальной трубе, цепляясь когтями за стенки. Через минуту пушистик свесил голову из дупла и посмотрел – ушли ли двуногие звери. Но они стояли и блестели на него глазами и крупными зубами. Енот недовольно завозился и снова спрятался. Скоро ему надоело висеть в дупле вниз головой, и он осторожно слез на землю, не спуская глаз с назойливых гостей. Те замерли метрах в пяти. Хмурый зверь выбрался из дупла, сгорбился и, прячась за деревьями, ушёл в заросли.
– Молодец, преодолел страх, – одобрила Маугли.
Никки и Джерри отправились дальше, слушая перепалки зябликов и синиц.
– Вот что интересно, – сказала Никки. – Я вижу по профессорам Колледжа – таким как Ван-Теллер, Франклин, Майсофт, – что учёные – очень хорошие люди. Дермюрреев, для которых наука лишь бизнес, очень мало.
– Зато встречаются Тхимсоты.
– Такие подлецы в науке столь редки, что их приходится использовать на всю катушку и перебрасывать с места на место по мере надобности: Тхимсот приехал сюда из-за тебя, а Фростман – из-за меня.
– Согласен – таких мало.
