Дитбит загнан в угол. В таком состоянии даже крысы опасны, а экс-император Южных гораздо крупнее и хищнее этих симпатичных мелких грызунов. У короля достаточно секретных ресурсов для борьбы; среди Южных у него остались последователи и союзники, жаждущие реванша и возврата своего лидерства. Сейчас королева Николь мешает им в этом даже больше, чем раньше.
Доктор Фростман исчез из Колледжа тотчас же после взрыва в Шрёдингере, но денег у Южных для вербовки новых сторонников и агентов было предостаточно.
Без сомнения, враждебные династии быстро оправятся от бегства Дитбита – новыми лидерами Южных стали Дональдсы. Они гибче, лояльнее к закону – значит, будут успешнее, чем Дитбит, и стратегическое положение Южных упрочится.
Никки ввязалась в противостояние Северных и Южных и обострила его, превратила в войну, с выстрелами из корабельных орудий и бомбами.
В этой войне уже гибнут люди.
Лицо полицейского Иванова, широколицего хмурого человека, навсегда запечатлелось в памяти Никки. Он ни с кем не враждовал, никому не бросал вызов – просто выполнял свой долг, помогал эвакуировать людей из опасного места.
После него не осталось семьи и детей, и чаще всех его вспоминала, наверное, Никки.
Именно это хмурое лицо погибшего невинного человека больше всего заставляло Никки напряжённо размышлять. Что делать дальше? Война Северных и Южных требовала новых усилий – а значит, и новых жертв. И справедливость требовала жертв в первую очередь от самой Никки.
Неважно, в чём они будут выражаться: в виде риска мучительной смерти тебя и твоих друзей, или в виде тягостного существования в королевском дворце – ты должна платить по счетам, иначе всё становится бессмысленным, в том числе – гибель Иванова и других людей.
Синие глаза Никки темнели всё больше.
Однажды утром девушке позвонил король Шихин. При всём дружелюбии короля Алекса разговор был длинным, серьёзным и даже тяжёлым.
Результатом королевских переговоров стало решение о переезде Гринвич-Центра вместе с королевой Николь в хорошо защищённую громаду замка-небоскрёба Шихиных, где Центру будет отведён целый этаж – до тех пор, пока собственный купол и укреплённый замок юной династии Гринвич не будет построен. Король Алекс затронул ещё одну щекотливую тему, но по ней высокие договаривающие стороны так и не пришли к согласию.
Прощаясь, король Шихин с сочувствием посмотрел на юную девушку с усталым лицом, которой приходилось держать на плечах груз жёстких королевских решений:
– Мужайтесь, милая Никки, и серьёзно подумайте о моём сегодняшнем предложении. Политики часто идут на очень неприятные меры. Мы затеяли дело, которое больше вашей и моей личной судьбы и желаний.
Юная королева промолчала.
Джерри открыл двери на негромкий стук и удивился – на пороге стояла Никки. Обычно они встречались у неё в комнате или в колледжском кафе. А вот так, неожиданно, Никки пришла к нему, пожалуй, впервые, и это встревожило Джерри. Девушка не стала сразу выкладывать новости, а с наслаждением опустилась в мягкое кресло и попросила чашку кофе.
Никки пила горячий ароматный напиток и внимательно рассматривала стены, увешанные её крупными фотографиями. Это здорово смущало Джерри. Кроме того, ему казалось, что Никки избегает смотреть на него самого.
Наконец, девушка заговорила.
– Король Шихин предложил Гринвич-Центру переселиться в его замок, и я согласилась. Мне тоже нужно туда переехать. Слишком много работы, да и моя удача на исходе. Я всерьёз опасаюсь, что Дитбит, у которого мозги стали набекрень от ярости, захочет уничтожить меня прямо в Школе, не обращая внимания на случайные жертвы.
Джерри не мог поверить услышанному. Она уезжает из Колледжа?!
– Я хочу, чтобы ты поехал со мной… – сказала Никки, внимательно посмотрев на юношу.
– Но меня никто не приглашал в замок Шихиных, – криво усмехнулся он.
– Я тебя приглашаю! – сказала Никки.
– Ты там сама гость…
Джерри представил, как Никки завтракает в узком кругу королевского семейства Шихиных. А что будет делать в это время он? Сидеть рядом непрошеным гостем и смотреть, как принц Айван ухаживает за Никки с самыми серьёзными намерениями? Поедать бекон со слугами на кухне? У каждого человека должно быть своё место в жизни. В замке Шихиных он будет чужим.
С большим трудом он сказал Никки:
– Я не смогу с тобой поехать…
И показалось ему на секунду, что Никки облегчённо вздохнула. Или только показалось?
Но больше она его не уговаривала, лишь сказала:
– Если передумаешь – позвони мне, и я всё устрою.
Непонятно почему, но принятое Джерри решение укреплялось с каждым мгновением, и он уже был уверен, что не будет звонить Никки с такой просьбой.
– Когда ты улетаешь? – спросил Джерри.
– Прямо сейчас, – сказала Никки.
Джерри застыл на месте. Она пришла попрощаться с ним! И когда он её снова увидит?
Никки заметила выражение лица юноши, встала и пересела в его кресло. Они оказались плотно прижатыми друг к другу – и лицами, и телами.
– Ты чего загрустил? – сказала она, ероша его длинные каштановые волосы.
– Я не знаю, когда тебя увижу в следующий раз, и это… трудно осознать и пережить, – хрипло произнес Джерри.
