Десяток Берка поспешил назад, пулеметчики укрылись за указанными примархом позициями, остальные достаточно кучно сгруппировались на одном месте, чтобы потом при виде противника рассредоточиться на местности, будто встреча произошла действительно случайно и легионеры из походной колонны разворачиваются во фронт.
Противника ждали минут пять. За это время Финист весь извелся, ведь для него каждая минута, проведенная в бездействии, равнялась вечности. Десантники атаковали пещеру-бункер и наверняка уже продвинулись достаточно глубоко, несмотря на сопротивление, которое им оказывали, а то, что сопротивление оказывали, причем ожесточенное, Рон нисколько не сомневался.
«Лишь бы продержались, лишь бы продержались еще два часа», — мысленно молился Финист, мельком взглянув на часы и отметив, что один час из трех уже истек.
Вот и противник. Десантники выглядели внушительно в своей усиленной броне, оснащенной системами сервоусилителей, позволявшей таскать на себе как тяжелую броню, так и крупное оружие. Чего стоил только автомат АДН-160 «носорог» калибра двенадцать миллиметров! Против такого калибра даже легионная броня вряд ли могла устоять. Проверять, по крайней мере, не очень-то хотелось.
Противник особо не скрывался, его авангард в пять человек шел всего в двадцати метрах впереди от основного. Они даже разведчиков, как легионеры, вперед не выпускали. Впрочем, в этом тоже имелся смысл одного-двух десантников в засаде завалить гораздо легче, чем настоящий отряд, вот и не рисковали попусту.
Тит шевельнулся, чтобы предупредить, но Рон остановил его взмахом руки.
— Я вижу…
Еще раз глубоко вздохнув, унимая нервозность и мандраж, Рон тихо отдал приказ:
— Встаем…
Начавших подниматься из травы и из-за кустов легионеров заметили ровно через две секунды. Тени десантников тут же стремительно метнулись в стороны, прячась за стволами деревьев, наверняка сигнализируя об опасности командиру и запрашивая подмоги основного отряда. Стал играть свою роль и Финист, громко выкрикнув, чтобы его услышали не столько свои, сколько противник:
— Противник!! Рассредоточиться!
И также метнувшись за ствол дерева, сразу же открыл огонь.
Легионеры разбежались по заранее примеченным позициям, подтянули к своему авангарду основной отряд десантников, и в лесу зазвучала настоящая канонада выстрелов и взрывов.
В пещере пика Цербера также разворачивался бой. Десант, добравшись до входа и забросав его гранатами, чуть не обрушил свод и осторожно, опасаясь подлянок, двинулся вглубь.
Сначала они все же пытались выкурить защитников газовой атакой, но помимо респираторов у защитников имелась тепловая пушка. Поставив ее недалеко от входа, они просто выдували наружу всю дрянь, которую противник пытался закачать в пещеру, и десанту не осталось ничего другого, как пойти на штурм.
Нэнси, зажавшись вместе с остальными в дальнем конце пещеры, слышала перестрелки между гарнизоном бункера и атакующими. Она знала, что бойцы самообороны стараются заманить вражеских солдат в боковые ответвления, имеющие соединение с основной пещерой, и когда это им удавалось, по пещере прокатывался гул взрыва и обрушения. Десятки солдат оказывались погребенными под тоннами камней.
Иногда десантники, почувствовав, что их заманивают в очередную ловушку, переходили в наступление и взрывали вакуумные заряды. Сами десантники от таких взрывов не страдали, благодаря своей глухой броне, а вот бойцы ССОРаМ, не имевшие герметично закрывающейся брони, погибали в одно мгновение.
Каждый такой объемный взрыв чувствовали спрятавшиеся министры с помощниками, и чем ближе он происходил, тем сильнее они ощущали, как воздух прессуется ударной волной после взрыва, а через секунду становилось буквально нечем дышать — это восполнялся выжженный бомбой объем. Но потом все приходило в норму. Восполнение атмосферы происходило за счет внешней среды, и можно было дышать полной грудью.
— Слышите? — спросил кто-то в темноте — электричество вырубилось во время боя, — и все как по команде чутко прислушались.
Прислушалась и Нэнси, но ничего не услышала, что было необычно. Ни выстрелов, ни взрывов, лишь тишина, нарушаемая чьим-то надсадным сопением.
— Тихо… я ничего не слышу, — ответил вопрошавшему кто-то другой.
— То-то и оно… все кончилось…
— А кто победил? — спросил кто-то явно из молодых помощников.
— Да уж явно не мы… — с горькой усмешкой ответили ему из темноты.
— Что же нам теперь делать?! Сдаваться?
— Если ни у кого никаких других предложений не будет, то — да.
— У меня есть, — ответила Нэнси.
— Какое?
— Рискованное…
С этими словами Нэнси подсветила часы и сказала:
— Мы продержались почти два часа из трех… нам нужен этот час.
— И как же нам его добрать?
Вместо ответа Нэнси обратилась к отцу:
— Папа, у тебя пульт еще с собой?
— Да… вот он…
Шон Роддем показал всем устройство дистанционного подрыва.
— Что вы задумали?! — забеспокоились министры со своими помощниками. — Решили нас взорвать, чтобы мы не достались землюкам живыми?!
Среди собравшихся поднялся гвалт. Никто не хотел подрывать себя. Нэнси с отцом с трудом удалось их успокоить.
