— Нет, мамой клянусь, Корнилов, когда мои ребята опомнились, кассет уже не было.
— Ты допрашивал своих?
— Никто ничего не видел.
Гори не врал — быстрое расследование трагедии отвечало интересам уголовника, и он бы не стал мешать майору.
— Плохо.
— Какая разница, кассеты, дискеты, — снова подал голос Валико, — это Чемберлен. А его морду мы на этих кассетах не увидим.
Толстяк резко встал и направился к дверям.
— Ты куда? — попытался остановить его Автандил.
— Я этому уроду покажу! — отрезал Валико. — Не хочешь ты, я покажу! Это война, так что, Корнилов, жди нашего ответа!
Валико выскочил из кабинета.
— Надеюсь, у тебя хватит сил, чтобы его тормознуть? — поинтересовался Андрей.
— Я постараюсь, но это будет трудно, — честно признался Автандил. — Сначала Риони, теперь эта акция. Ребята просто в ярости.
— Тот, кто задумал эту акцию, — медленно сказал Андрей, — не покушается на ваш бизнес, Гори. У него другие цели. Одна из этих целей — столкнуть лбами вас и Чемберлена.
— Чем докажешь? — прищурился Автандил.
— Мне нужно двое суток, чтобы взять гада. И я хочу, чтобы в течение этого времени твои ребята вели себя смирно, — Шведов обещал мэру, что войны банд не будет.
— А через двое суток?
— А через двое суток война не потребуется.
— Я постараюсь, — медленно ответил Автандил. — Двое суток, майор.
В личном кабинете князя Темного Двора редко собиралось много посетителей: владыка Великого Дома Навь не любил массовых собраний. Четверо избранных — это был максимум, который он никогда не превышал, если же обстоятельства требовали более многочисленного присутствия, то к услугам посетителей был специальный зал. Вот и сейчас в полумраке, окружающем простое кресло князя, угадывалось лишь четыре силуэта: три принадлежали закутанным в темно-синие плащи советникам, последний — Ортеге, присутствующему на совещании на правах заместителя Сантьяги. В отличие от своего босса Ортега не рискнул появиться пред очами повелителей Темного Двора в человском костюме и был облачен в приличествующую случаю черную хламиду. Он же и открыл совещание, спокойно и громко зачитав официальное заявление пресс-службы Великого Дома Чудь. Когда Ортега закончил, высшие маги Нави несколько секунд молчали, по привычке ожидая комментариев, но, вспомнив, что Сантьяги с ними нет, начали высказываться:
— Это возмутительно! — голос первого советника дрожал от негодования. — Как чуды посмели требовать выдачи комиссара?
— При подозрении на распространение запрещенных заклинаний это требование вполне адекватно, — не поддержал его более осмотрительный коллега. — Темный Двор подписал Китайгородскую конвенцию, признающую подобные действия тягчайшим преступлением в Тайном Городе.
— Но мы говорим о нашем комиссаре!
— К сожалению, конвенция не предусматривает исключений, и чуды имеют все основания требовать выдачи нашего комиссара. Вплоть до объявления войны.
— Не думаю, что они рискнут зайти столь далеко.
— Не думаю, что нам имеет смысл это проверять, — советник повернулся к Ортеге. — Я прав?
— Отстранение от должности мастера войны де Гира, который пошел навстречу просьбе Сантьяги и предоставил ему отсрочку для поиска доказательств невиновности, показывает, что в Ордене настроены очень решительно.
— А мы готовы к войне?
— Не думаю, что нас интересует война, — буркнул князь, припоминая веселую улыбку Сантьяги. — Если это все, на что вы способны, то мне стоило не собирать совещание, а объявлять мобилизацию.
— Великий Дом волнуется, — оправдывающимся тоном сообщил один из советников. — Навь недовольна демаршем чудов, и если мы не проявим твердость…
— Если бы от правителей требовалась только твердость, — холодно заметил князь, — то Темный Двор мог бы воспользоваться услугами тех же самых чудов.
Советник молча склонил голову.
Это был нонсенс, редчайший случай! Впервые за много веков высшие маги Темного Двора были вынуждены разбираться в интригах Тайного Города без участия Сантьяги. Советники явно чувствовали себя не в своей тарелке, а несчастный Ортега мало чем мог им помочь.
— Насколько серьезны выдвинутые против Сантьяги обвинения? — вступил в разговор третий, молчавший до сих пор советник.
— Правильно! — поддержал его агрессивный коллега. — Объявим обвинения смехотворными, пусть чуды ищут доказательства! Они не могут требовать выдачи комиссара просто так.
— Орден располагает необходимыми уликами, — вставил свое слово Ортега. — В противном случае они не рискнули бы на подобный демарш.
— Мы должны изучить эти улики, а до тех пор комиссар находится под защитой Темного Двора!
— Кстати, а где Сантьяга?
Все посмотрели на Ортегу, точнее, три капюшона повернулись в сторону помощника комиссара. Князь остался недвижим.
— Сантьяга находится вне Тайного Города, — лаконично ответил тот.
— Где именно?
— Мы не располагаем такими сведениями.
