По мнению Мельникова: «…в Оренбурге, несмотря на присутствие войскового Атамана и правительства, твёрдой власти не чувствуется. Воинская дисциплина стоит ниже, чем [у] казаков Донской области. Большинство воинских чинов ходят без погон. Отдания чести не существует. В городе продаются социалистические газеты, которые находятся под покровительством Комитета Членов Учредительного Собрания, находящегося в Самаре. Цензура отменена Атаманом Дутовым по настоянию этого же комитета. Члены Учредительного Собрания приказали выпустить арестованного новоказачьим (так в документе. — А.Г.) правительством редактора социалистической газеты Фримана[863], не зная даже, за что последний арестован. В виде контролёра во главе войск народной Армии стоит член Учредительного Собрания Фиктатуров (?. — А.Г.) (штатский с[оциалист-]р[еволюционер]). Нередко в газетах можно встретить его приказы «увольняю за грубое отношение к мобилизованным», «назначаю» и т.д. Оренбургские казаки мобилизованы от 18 до 55 лет. Шли охотно для защиты края от большевиков, хотя поля некому убирать. При мне был очищен последний город области от большевиков — Орск[864]. Сил Атамана Дутова не знаю — понял только, что значительно меньше 30.000. Атаман действует в полном контакте с Вр[еменным] Сибирским Правительством. Последнее, судя по газетам, является твёрдой властью, допускающей военную диктатуру. Этим правительством Дутов произведён в генерал-майоры[865]. С организацией Сибирской Армии совершенно не знаком. Самарское правительство организует народную Армию… По моему мнению, годны для борьбы только с большевиками. Отрадное впечатление производит чешский корпус своей дисциплиной и серьёзным отношением к работе… Части народной Армии относятся к наступлению очень спокойно; вообще их наступление носит характер игры детей в войну…»[866]
