При Войсковом штабе, даже в период Гражданской войны, существовал оркестр. Кроме того, в войске действовал Войсковой музыкантский хор, дававший благотворительные концерты. На 1918 г. было намечено преобразование хора в музыкальное училище. Численность хора в 1918 г. была увеличена до 62 человек[1859]. Смета хора в войсковом бюджете на 1918 г. составляла 70.000 руб. В период пребывания Дутова в Оренбурге в 1918 г. выступал с концертами (в качестве дирижера) известный виолончелист, профессор саратовской консерватории С.М. Козолупов — один из основателей российской виолончельной школы и учитель М.Л. Ростроповича — сам выходец из оренбургских казаков и воспитанник Войскового хора (25 октября 1918 г. Козолупов был назначен капельмейстером хора[1860]). Благодаря Козолупову в 1918 г. был возрождён Войсковой оркестр[1861], давший 17 декабря симфонический концерт. Помимо этого, в Оренбурге и других центрах работали многочисленные увеселительные заведения, в том числе четыре кинематографа («Фурор», «Люкс», «Чары» и «Аполло»). Порой происходящее напоминало пир во время чумы. Так, например, 7 января 1918 г., когда вопрос о том, быть или не быть войску, стоял ребром, в 1-й женской гимназии Оренбурга был проведён концерт классической музыки[1862].
Функционировал и Оренбургский городской театр. В 1918 г. в нём ставились спектакли, как классические, так и современные на актуальные темы, как, например, комедии «Спекулянты» и «Вова приспособился»[1863]. Ставились и
Таким образом, при Дутове, несмотря на всю остроту Гражданской войны, культурная жизнь подвластного ему региона имела, пожалуй, даже более активный характер, чем до установления его власти и чем после ухода белых с территории войска. Оренбуржье в этом отношении явно выделялось в лучшую сторону на общем фоне Урала периода 1917–1922 гг.[1868] Данный факт никак не вяжется с утверждениями некоторых авторов о кровавой диктатуре и тотальном страхе, который якобы охватил Южный Урал под властью Дутова. Дутову и его администрации удалось, несмотря на разруху и социально-экономический кризис, не только сохранить, но даже и усовершенствовать, насколько это возможно в условиях войны, войсковую систему просвещения. В то же время активная политика в сфере культуры явно отвлекала казачью администрацию от решения более существенных в тот период военно-политических вопросов.
В конце февраля — начале марта 1919 г. Генштаба генерал-майор И.Г. Акулинин запрашивал штаб соседней Западной армии:
Акулинину в ответ было сказано, что вопрос о помощи решает Ставка.
Между тем в канун весеннего наступления Восточного фронта белых, 2 марта 1919 г., командующий Западной армией генерал-лейтенант М.В. Ханжин направил в Ставку шифрованную телеграмму:
