— Я Дик Браун, — мне отчего-то захотелось впервые за много месяцев назваться настоящим именем. — Меня сцапали эти свиньи, которые вылавливали золото. Я им помешал…
— Золото? — встрепенулся профессор Бьернсон. — Они нашли его?
— Да, — сказал я мрачно, — они дали мне кусок металла и сказали, чтобы я его вам показал. Завтра они всех нас убьют.
— Нет! Не-е-ет! — дико завизжала женщина. — Этого нельзя делать! Они обещали!
— Что они обещали, Астрид? — старик сказал это по-английски, чтобы я тоже понял. — Они обещали только, если мы укажем координаты галеона. Но я-то знал, что как только мы скажем, нас тут же убьют, вот и велел себе
терпеть… Но я не думал, что им удастся найти золото самим. Я проиграл!
— А что это за золото? — состроив из себя круглого дурака, произнес я, подкидывая тяжелый слиток.
— Это давняя история, — сказал профессор, — в 1657 году английский корсар Эванс напал в этих местах на испанский галеон, шедший с грузом золота из Маракайбо. Если посмотрите на слиток, то обнаружите на нем испанское клеймо. Бой получился неожиданно упорным. Галеон очень стойко сопротивлялся и не дал Эвансу взять себя на абордаж. Корабль Эванса затонул неподалеку от берегов Хайди, а где исчез галеон, называвшийся «Санта-Фернанда», до последнего времени никто не знал. Во всяком случае, галеон не пришел в Гран-Кальмаро, где должен был сделать остановку на пути в Европу. Эванса хайдийские власти посадили в тюрьму и должны были повесить, после того как королевский суд расследует все его преступления. Но в это время на Сан-Исидро налетела эскадра другого корсара — Джевиса, и Эванс получил свободу. Эвансу удалось узнать, что «Санта-Фернанда» пропала без вести, и он надеялся, что она разбилась где-нибудь на одном из мелких необитаемых островков, которых в этих местах видимо-невидимо, а в те времена о половине из них никто не догадывался. Эванс потратил на эти поиски весь остаток своей жизни, но так ничего и не добился. Уже перед самым смертным часом он узнал, что один человек из экипажа «Санта-Фернанды» все-таки спасся и живет в Бразилии. Это был командир «Санта-Фернанды» Мартин Лопес…
— Лопес? — переспросил я. — Он не родственник президента Хайди?
— Не перебивайте, юноша, это невежливо, — поморщился Бьернсон. — Лопес или Лопеш, как его называли в Бразилии, был подобран португальским фрегатом на островке Росита, примерно там, где нас поймали нынешние пираты. Но он, надеясь присвоить себе сто пятьдесят бочек с королевским золотом, помалкивал о том, что «Санта-Фернанда» затонула почти у самого острова Сан-Фернандо и что он целую неделю прожил там, на этом острове, а потом лишь перебрался на Роситу, надеясь оттуда добраться до Хайди. Ему повезло еще больше, он попал в Бразилию, где его никто не знал, и нанялся в португальский флот. Однако ему, всю жизнь набиравшему средства на покупку собственного корабля, так и не удалось организовать поиски. А привлекать к делу посторонних Лопеш боялся: хотел все взять себе… Он, однако, завещал эту тайну своему старшему сыну, хотя и не написал ничего в официальном завещании. Лопеш-старший просто оставил записку и положил ее между страниц Библии. Однако у очень набожного сына Лопеша было несколько изданий Библии, а отцовскую он задвинул куда-то в дальний угол книжного шкафа, и записка так и оставалась непрочтенной. Первым, кто прочел ее после Мартина Лопеша, был ваш покорный слуга. Предыстория была такова. В 1948 году я женился на фрекен Лизбет Янсон. Мы прожили четыре года и были счастливы, я изучал историю Испании XVI — XVII веков, уже преподавал. И вдруг мы получили известие, что Лизбет, то есть теперь уже фру Бьернсон, должна вступить во владение наследством, которое ей оставила тетка, живущая в Бразилии — Магда Янсон Лопеш. Наследство невелико — не более чем на двадцать тысяч долларов, но при этом много старинных испанских и португальских книг, которые мне были очень полезны.
Среди них я и нашел Библию с запиской, где было сказано нечто вроде: «Дорогой сын! Я беден и могу завещать тебе лишь координаты места, где ты можешь отыскать свое богатство и счастье». Далее Мартин Лопеш пересказывал свою одиссею и особенно бой с Эвансом. О судьбе Эванса он уже знал из какого-то источника и радовался его смерти. Конечно, в первый момент, прочитав письмо, я ахнул от восторга, но потом подумал, что за триста лет корабль, затонувший у берегов на небольшой глубине, наверняка найден. И я стал подбирать литературу, старинную и современную прессу, все, где что-либо говорилось о кладах пиратов Карибского бассейна.
