— Мы пока еще накапливаем данные и просчитываем модели, — ответил Альберт. — Кроме того, невозможно предугадать, как именно в результате катаклизма и воздействия гигантских приливных волн изменится береговая линия континентов. Полагаю, решение этого вопроса следует отложить на будущее, когда ситуация стабилизируется и появятся дополнительные данные для анализа.
Карл поглядел на родственников, сидящих вдоль стола:
— Многое будет зависеть и от того, насколько изменятся сами материки. Европу может затопить до Урала, на месте Сахары может образоваться море, а Канада и Соединенные Штаты покрыться льдом. Наша главная задача — пережить первые удары стихии и терпеливо ждать, прежде чем выбрать место для столицы нового мирового порядка.
— Мы рассмотрели несколько предварительных вариантов, — сказал Вильгельм. — В первую очередь, это крупные портовые города, вроде Сан-Франциско, где размеры гавани позволяют разместить наши суда. Предпочтительно также высадиться в местности, подходящей для земледелия; кроме того, наша столица должна быть основана не на периферии, а ближе к экватору, что облегчит распространение нашей власти на весь новый мир. Ну и, естественно, очень многое будет зависеть от масштабов катастрофы.
— А есть какие-нибудь прогнозы на предмет того, как долго нам придется оставаться на борту, пока не появится возможность сойти на берег? — спросила Герда Вольф, педагог по образованию; в ее ведении находилась вся школьная система флота.
Альберт с нежностью посмотрел на нее и улыбнулся:
— Ни секундой дольше необходимого, сестренка. Ясно, что пройдут годы, но сейчас предсказать точно, когда мы вновь начнем завоевание суши, не представляется возможным.
— А те люди, которые выживут в высокогорных регионах? — спросила Мария. — Что мы с ними будем делать?
— Выживет небольшая горстка, — ответил Бруно. — Тех, кого мы найдем и отловим, поселим в резервациях и пусть ковыряются, как сумеют.
— Мы не будем им помогать?
Бруно отрицательно покачал головой:
— Мы не можем позволить себе растранжиривать наши запасы, пока наш народ не получит возможность кормиться от земли.
— Рано или поздно человечество, кроме тех, кому суждено основать Четвертый рейх, должно вымереть, — твердо заявил Макс Вольф. — Путь эволюции — это выживание наиболее приспособленных. Фюрер предсказал, что раса господ будет когда-нибудь править миром. Раса господ — это мы!
— Давайте уж будем честными хотя бы среди своих, дядюшка, — возразил Феликс Вольф. — Мы вовсе не фанатики национал-социализма. НСДАП умерла вместе с нашими дедами. Наше поколение, конечно, благодарно Адольфу Гитлеру, но лишь за его прозорливость в предвидении будущего. Мы не поклоняемся свастике и не орем «хайль!» перед его портретами. Мы созданы, чтобы избавить мир от преступности, коррупции и болезней, вывести человечество на более высокий уровень и построить новое общество, свободное от грехов старого. Благодаря нашим улучшенным генам возникнет новая раса — могучая, жизнеспособная и не запятнанная пороками и преступлениями минувших веков.
— Хорошо сказано! — одобрительно кивнул Отто Вольф, до поры молчавший. — Феликс очень четко сформулировал наши устремления и будущие цели. И теперь нам остается только довести наше великое дело до триумфального завершения.
За столом воцарилась мертвая тишина. Карл Вольф встал, скрестил руки на груди и медленно произнес:
— Хотел бы я знать, каким станет окружающий нас мир несколько лет спустя? Мне даже чуточку жаль, что тем, кто уйдет, не суждено постигнуть его грядущего величия.
Небольшой закрытый грузовой фургон белого цвета без логотипа фирмы и рекламы на бортах миновал терминал городского аэропорта Буэнос-Айреса и остановился под навесом технического ангара. Аэропорт обслуживал самолеты аргентинских авиакомпаний, летающие также в Парагвай, Уругвай и Чили. Никто из рабочих не обратил внимание на частный самолет с бирюзовой надписью «НУМА» на фюзеляже, который приземлился и зарулил в ангар, где ждал грузовик.
Из пассажирской двери самолета на нагретый полуденным солнцем бетон сошли по трапу трое мужчин и женщина. Казалось, они направляются к конторке смотрителя ангара, но в последний момент все четверо круто свернули в сторону и зашагали к фургону. До него оставалось пройти каких-нибудь тридцать футов, когда задние дверцы кузова распахнулись, и оттуда выпрыгнули четверо морских пехотинцев США в полной боевой выкладке. Сержант помог забраться в грузовик члену Конгресса Лорен Смит, адмиралу Сэндекеру, Хайрему Йегеру и пожилому лысоватому мужчине в строгом черном костюме, затем закрыл за ними двери, оставшись со своими подчиненными охранять фургон снаружи.
Внутри грузовика был оборудован офис и командный пункт. Этот фургон, один из пятидесяти, построенных для американских посольств по специальному заказу, предназначался на тот случай, если сотрудникам посольства придется укрываться от нападения террористов, подобного тому, которое привело к захвату заложников в Иране в 1979 году.
Питт шагнул вперед и тепло обнял Лорен Смит, вошедшую первой.
