— Кто эти люди? — побагровел генерал Сауз. — Почему НУМА вмешивается в войсковую операцию? Кто им позволил?
— Был бы горд и счастлив признаться, что это я, — ответил Сэндекер, глядя прямо в глаза генералу, — но не хочу на старости лет грешить против истины. Эти люди — мои люди! — действовали по собственной инициативе, но я целиком и полностью одобряю их действия!
Конфликт угас, не успев разгореться. Всех присутствующих в залах для оперативных совещаний Белого дома и Пентагона не покидала мысль, что если бы не своевременное вмешательство Питта и Джиордино, кто знает, сидели бы они сейчас здесь или покоились под тысячефутовым слоем воды и ила.
У Питта и Джиордино должны были бы гореть уши от заочных славословий, но у них не было рации в шлеме, как у Клири, да и шлемов тоже не было, и потому они не слышали, что говорят о них в соседнем полушарии. Питт присел на нижнюю ступень трапа «корабля снегов» и осторожно смотал с лица бинты. Несколько порезов уже подсохли и не требовали оперативного вмешательства.
Клири посмотрел на него:
— Вы уверены, что Вольфы все еще здесь?
Питт кивнул:
— Глава семьи Карл и его сестра Эльза наверняка сильно огорчились, обнаружив, что самолет, на котором они собирались слинять отсюда, уже никогда не поднимется в воздух.
— Вы с мистером Джиордино можете провести нас в ангар?
Питт растянул губы в улыбке:
— Сочту за честь, майор!
В разговор врезался голос генерала Сауза:
— Майор Клири, приказываю вам перегруппироваться, сделать, что сможете, для раненых, занять весь комбинат и ждать прибытия основных сил, которые должны приземлиться в течение получаса. Других действий не предпринимать.
— Есть, сэр! — бодро гаркнул Клири и одним движением вырвал проводок, соединяющий микрофон с рацией. — Но сначала мы должны провернуть одно маленькое дельце, господин генерал, докладывать о котором я вам пока не собираюсь. Где там ваш ангар, мистер Питт?
— В полумиле отсюда, — ответил тот и изучающе посмотрел на майора. — Вы что, всерьез собираетесь с горсткой оставшихся у вас бойцов взять под контроль более трехсот человек, среди которых наверняка затесались вооруженные охранники? Не лучше ли дождаться подкреплений?
Губы Клири искривились в усмешке:
— А вы считаете, справедливо будет, если люди, прошедшие через ад, не будут участвовать в последней охоте?
— Вот тут я с вами спорить не стану.
— Вы нас проведете?
— А Вашингтон дал «добро»?
— Да я как-то позабыл спросить.
В зеленых глазах Питта сверкнули искры.
— А почему бы и нет? Чтобы мы с Алом отказались искать себе на голову приключений — такого еще не бывало.
Сказать, что Карл Вольф пришел в ужас и ярость, когда увидел обломки своего самолета, значило бы ничего не сказать. Эвакуироваться не на чем, ученые и инженеры мечутся по ангару в страхе и смятении, женщины рыдают или молятся. По расчетам Вольфа, механизм отделения ледника должен был сработать меньше чем через четыре минуты.
Введенный в заблуждение братом Гуго, сообщившем, что его охранники в центре управления все еще бьются насмерть со спецназом, Карл понятия не имел, что Четвертая империя умерла, не родившись, а проект «Валгалла» потерпел крах.
Вольфы держались особняком, одной группой. Они стояли в унылом молчании, не в состоянии охватить разумом весь масштаб бедствия, не в силах поверить в невероятную историю о каком-то бешеном огромном грузовике, который раздавил их самолет, а потом помчался в сторону выхода на поверхность, чтобы принять участие в битве, разыгравшейся перед центром управления. Среди членов семьи не было только Гуго. Он солгал брату, которого до колик боялся еще с детских лет, но, до конца преданный делу, лихорадочно готовил своих охранников для обороны от американцев, которые, он был уверен, уже через несколько минут начнут штурмовать ангар.
Карл наконец заговорил:
— Ну что ж, как говорится, чему быть, того не миновать. — Он повернулся к Блонди: — Пошли радиограмму нашему брату Бруно на «Ульрих Вольф». Объясни ситуацию и скажи ему, чтобы высылал запасной самолет как можно быстрее. Нельзя терять ни секунды.
Блонди не стала тратить время на вопросы. Она со всех ног бросилась в радиорубку диспетчерской, расположенной на краю полосы.
— Возможно ли будет приземлиться на «Ульрихе Вольфе» на ранней стадии катаклизма? — спросила Эльза у брата. Лицо ее осунулось и побледнело.
Карл посмотрел на Юргена Гольца, главного инженера:
— Ты можешь дать ответ моей сестре, Юрген?
Перепуганный Гольц заговорил деревянным голосом, уставившись в ледяной пол ангара.
— У меня нет надежных методов, чтобы рассчитать ожидаемое время возникновения ураганных ветров и приливных волн. Не могу также предсказать их начальную силу. Но если они достигнут «Ульриха Вольфа» раньше, чем мы приземлимся, то наша судьба, боюсь, предрешена.
— Ты хочешь сказать, что всех нас ждет смерть? — в упор спросила Эльза.
— Я хочу сказать, что мы этого не знаем заранее, — хмуро ответил Гольц.
— У нас не будет времени перегрузить на борт присланного Бруно самолета эменитские сокровища из разбитого аэробуса, — сказал Карл. — Возьмем только реликвии Третьего рейха.
