Глава восьмая Терновый Венец Победителя .
Лазурный Порт Посейдониса отличался от всех остальных его морских ворот своей непревзойденной красотой, величием и поистине грандиозными размерами. Именно из этой гавани огромная полуторатысячная флотилия боевых триер атлантов уходила в походы. И именно здесь, у длинного, уходящего на добрые два стадия в море пирса усталые воины и моряки вновь вступали на твердую землю, возвращаясь с победой домой.
Большая часть атлантского флота еще даже не успела войти в Бухту Амфитриты, когда увенчанный боевыми знаменами и золотой статуей Ареса царский Флагман пришвартовался к самой крайней оконечности пирса в Лазурном Порту. Диктатор в окружении легатов, центурионов и жрецов, как и положено, сошел на берег первым. И под протяжное визжание труб и барабанный бой направился к толпе. Тысячи жителей Посейдониса встречали Диктатора у Главных Врат и залитым сиянием меди стен столицы. Они кричали в его адрес дифирамбы, бросали ему под ноги цветы и лавровые ветки, жадно ловили взглядом каждый его жест и каждое слово. Огромных размеров Триумфальная Арка, возведенная самыми искусными мастерами Атлантиды к прибытию эскадры, ослепительно сверкала и переливалась всеми цветами радуги в лучах Сумрачного Солнца. Нерей, как в прекрасном и волнующем сне, приблизился к Арке и с трепетом в сердце вступил в ее божественную тень. Толпы благородных атлантов вновь взорвались ураганом восторженных возгласов и криков. Каждый из них, что было сил, старался продраться сквозь толпу и первым прикоснуться к пыльным и обагренным запекшейся кровью доспехам воинов Царя. Чтобы целый год потом быть у Фортуны фаворитом и не бояться гнева и немилости богов. Диктатор царственно прошествовал по улицам столицы, приветствуя сограждан поднятой над головой рукой. Он не заметил как прошел с триумфом Нижний город и перед ним возникла Оловянная Стена. Поспешно миновав шеренгу царских копьеносцев, Диктатор армии вскочил на колесницу и, вырвав у возничего поводья, что есть сил прошелся плетью по загривкам благородных жеребцов. Уставшие от гомона толпы и солнечного жара кони сорвались с места и помчали к Славе и Почету грозного Царя. Чарующие красотой каскадные сады, гимнасии, гигантский ипподром, дворцы и загородные виллы знати стремительно и смутно проносились мимо колесницы. Нерей с восторгом провожал их взглядом и в нетерпении подстегивал коней. Еще немного, и пейзаж сменился новой - Орихалковой - стеной и Вторым из трех больших Каналов Атлантиды. Перед Нереем вспыхнуло огнистое блистание. Жара сменилась томной негой. Воздух посвежел и приобрел привычный - нежный аромат... Нерей чуть придержал коней и въехал не спеша на мост Царя Священной Атлантиды Евэмона. Ему на встречу бросилась дворцовая охрана и жрецы. Узнав в Нерее Царскую особу, они почтительно склонились на колени перед ним и поспешили уступить дорогу. Нерей вначале даже не обратил на них серьезного внимания и вновь пустил в галоп своих коней. Но тут, один из копьеносцев вдруг вскочил и бросился навстречу царской колеснице. В его руках сверкнуло что-то... Незнакомец встрепенулся и что было сил швырнул под ноги черных царских жеребцов горсть странных шариков из незнакомого Царю металла. Кони тут же взвились на дыбы. Повозка хрустнула и с грохотом рассыпалась на части. Нерей не понял то, что с ним произошло. - Все, боги ждут меня с визитом?! - молнией вонзилась в его душу мысль. Все кончено. Я вскоре встречусь с Кербером, Хароном и Аидом 58. Нерей закрыл глаза и приготовился услышать шум от крыльев грозного Таната 59. Однако время шло, а он был жив. К тому же, цел и невредим. Вот только странное, столь непривычное и потому пугающее чувство сковало его мысли, чувство, волю...
