- Славно! - промолвил бог. - Хотя достаточно было отнять у него лук. Без лука скиф - ничто. Но так даже забавнее. - Желая угодить хозяину, оглушительно захохотал Груумин. Душе показалось, что Ариман поморщился. Я обвиняю эту душу в следующих преступлениях, совершенных ее хозяином. Пять лет назад толпа кочевников, среди которых был и скиф Скилл, ограбила храм Аримана в Дрангиане. Было похищено много золота и драгоценностей, а также мой конь Черная стрела. Именно этот скакун долгие годы помогал Скиллу уходить безнаказанным от любой погони. Кроме того, четыре луны назад, во время нападения на царский дворец в Парсе, Скилл похитил перстень, который я даровал моему слуге Дарию. Мои стражники преследовали его по пятам, но он сумел ускользнуть, убив многих из них. Скилл осмелился воровским путем пролезть в Черный город и убил там нескольких моих слуг. Затем он направился в Красные горы, где продолжал убивать. На этот раз от его руки пал преданный мне дэв. Это лишь краткий перечень преступлений, совершенных кочевником Скиллом в последнее время. На основании вышеизложенного я предлагаю высокому суду признать Скилла виновным в преступлениях против богов и отдать его душу и тело в мое распоряжение.
Левая трибуна поддержала речь Аримана оглушительным ревом. Одобрительно хлопнули в ладоши и несколько старичков-ахуров. На всякий случай, чтобы не разгневать могущественного Аримана. Бойко вскочил со своего места Сраоши.
- Высокий суд примет твое обвинение к сведению, о великий Ариман!
Ариман величественно кивнул головой и исчез вместе с троном. Судьи с облегчением перевели дух.
- Суд переходит к рассмотрению свидетельских показаний и вызывает первого свидетеля.
В зал вошел рыжебородый человек. Он был сильно напуган, видно, впервые присутствовал на подобном судилище.
- Представься. - Сраоши вновь потянулся к пергаментному листу.
- Мое имя Арбазат. Я сотник в войске Аримана.
- Арбазат, ты видишь перед собой душу кочевника Скилла, за которым ты и твои люди так долго гонялись.
- А-а-а... - протянул стражник. - Но я предпочел бы увидеть перед собой самого скифа, чтобы посчитаться с ним! Он убил двадцать моих людей.
- Боги уже покарали его. Какие сведения ты можешь сообщить суду?
- Какие? - Арбазат нахмурил лоб и пожал плечами. - Мы гонялись за этим проклятым скифом больше трех лун. Пять раз мы настигали его, но он неизменно уходил от погони. После того, как мы загнали его в пески Тсакума, мой господин велел оставить скифа в покое.
- Как вы должны были поступить со скифом?
- Хозяин приказал избавиться от него. Убить или пленить безразлично. Мы должны были вернуть перстень и коня.
- Понятно. - Сраоши вновь зашелестел пергаментом. - А скажи мне, Арбазат, не был ли кочевник Скилл замечен в каких-либо богомерзких поступках?
Рыжебородый был явно смущен этим вопросом.
- Не знаю. Я не слышал о ней ничего дурного.
Но Сраоши не успокаивался.
- Высокий суд располагает свидетельствами, что скиф многими месяцами не приносил ни единой жертвы Ариману или Ахурамазде.
- А когда ему было, - простодушно ответил стражник. - Мы преследовали его по пятам. Ему едва хватало времени, чтобы напоить коня и напиться самому.
Ответ Арбазата не удовлетворил ретивого секретаря. Скрывая недовольство, Сраоши сказал:
- Суд принял твои показания к сведению. Ты можешь идти.
Стражник покинул судилище. Минуя душу, он бросил на нее взгляд, в котором читались жалость и ужас.
Сраоши вновь покопался в кусках пергамента, после чего провозгласил:
- Вызывается второй свидетель обвинения!
На возвышение взошел псевдочеловек.
- Твое имя, свидетель?
- Я харук. У харуков нет имен.
- Хорошо. Свидетель харук, что ты можешь сообщить суду относительно скифа по имени Скилл, который пробрался в ваш город во время лунного пира?
- А, этот... - Харук пошарил глазами и нашел душу Скилла. - Он хуже животного и достоин смерти.
- Свидетель, поясни свои слова.
- Этот негодяй пробрался в наш город и убил нашего брата жреца Веретрагны...
- Протестую! - фальцетом завопила душа. - Я...
Но Сраоши мгновенно заткнул рот Скиллу:
- Протест отклоняется. Продолжай, свидетель.
- Он убил нашего брата, а затем осквернил своим присутствием священный пир. При этом он напал на меня и похитил мою одежду. Будучи разоблаченным, он бежал из города с помощью нэрси, убив Великого Посвященного.
- Вот как! - заорал Сраоши. - Этот кощунственный акт походит на надругательство над верой. Не так ли, свидетель?
- Да, именно так, досточтимый судья. Посвященный брат ничем не угрожал скифу, но тот намеренно направил в него стрелу.
- Очень хорошо, свидетель. У тебя есть еще какие-нибудь замечания?
- Нет.
- Душа имеет замечание! - заявила душа, с трудом заставлявшая себя молчать, слушая столь наглую клевету.
Первым побуждением Сраоши было отказать душе в слове, но это было бы нарушением судебного фарса, поэтому после некоторых колебаний секретарь вымолвил:
- Слово предоставляется душе.
- А не объяснит ли почтенный свидетель, что за жертву они намеревались принести Ариману той ночью?
Харук замялся. Видя его замешательство и чувствуя себя все уверенней, Скилл продолжил:
