- Как выглядели ваши руки, точнее, ладони и пальцы, когда вы выходили на берег после длительного заплыва? Они были такие же гладкие, как сейчас?
- Никоим образом! Кожа на пальцах, когда ты в воде, очень быстро сморщивается. Помнится, однажды я проплавал часа два с половиной, и, когда вернулся на пляж, жена сказала: "Руки у тебя - как у прачки".
- Все верно. - Шурга подняла и вторую кисть мертвого человека, поднесла ближе к свету: - Теперь взгляните на руки погибшего.
- Морщин нет, - сказал капитан Мисун.
- Верно, ни одной морщины. - Шурга посмотрела на Перова: - Сергей Иванович, может, пальцы отошли, пока мы перемещали покойника?
- Нет, они такие и были.
- Без морщин? Гладкие? Но ведь это значит, что человек попал в воду совсем недавно. Откуда же он взялся, если вокруг в море, кроме нашего "Рогова", ни единого судна?..
- Что-то от всего этого у меня кружится голова, - Перов вздохнул, потер лоб ладонью. - Пожалуй, подышу воздухом.
Он вышел. Следом за ним медицинский изолятор покинул начальник радиостанции Ибрагим Магомедов. На спардеке моряки зажгли сигареты.
- Сергей, - сказал Магомедов Перову, - ответ на последний вопрос Тамары Шурги может быть только один: покойный находился на подводной лодке!
- Зачем подводникам понадобилось выбрасывать в море человека?
- "Зачем" - это уже другой вопрос. Я спрашиваю: в принципе так могло быть?
- В принципе - да. Взял и помер кто-нибудь из экипажа атомохода. А по условиям задания корабль должен длительное время крейсировать в глубинах океана. Как в таком случае поступить командиру? Возить с собой покойника в подводном корабле, где на учете каждый сантиметр пространства?.. Да люди посходят с ума! Нет, в таких обстоятельствах выход один...
Магомедов хотел было подать реплику, но появился капитан. За ним шла Тамара Шурга. Оба были возбуждены, о чем-то спорили.
Рев двигателей самолета заглушил голос капитана. С мостика хорошо было видно: большая летающая лодка низко пронеслась над судном, развернулась и села на воду близ левого борта "Рогова". Замигал фонарик на крыше кабины гидросамолета. Повторялась одна и та же группа знаков.
- Пишет чего-то, - сказал боцман Вовк, появляясь в дверях мостика. Может, нуждается в помощи...
- Штурман! - капитан отнял от глаз бинокль. - Штурман, разберитесь по международному своду сигналов.
Вахтенный помощник капитана схватил книгу сигнальных кодов, нашел нужную страницу.
- Повторяется латинское L, - доложил он. - Читается так: "Остановите немедленно ваше судно".
- Вот как! "Остановите немедленно". Смотрите какая категоричность! На сигналы не отвечать. Идем прежним курсом. Мы в открытом море, оно принадлежит всем... Что за опознавательные знаки несет самолет?
- На плоскостях знаков не видать, - сказал Перов. - Стабилизатор имеет цвета - зеленый и, кажется, синий... Нет, утверждать не берусь: краски поблекли.
- Смотрите! - крикнула Шурга.
В верхней части фюзеляжа самолета откинулась крышка люка. Оттуда вылез, будто вспух, пузырь - купол из бронестекла. На "Рогова" уставились рыльца спаренных крупнокалиберных пулеметов. Отчетливо видна была голова стрелка, его руки, отводящие затворы оружия. Мгновение - и стволы пулеметов задергались, выплюнув плотные клубки дыма. Над мачтой судна прошелестели пули.
"Рогов" продолжал идти прежним курсом. Тогда стрелок гидросамолета дал вторую очередь. На этот раз он целил ниже: одна из пуль врезалась в мачту, другая разбила топовый фонарь - на крыло мостика посыпались осколки стекла.
- Вот гад! Отвечать ему нечем. - Капитан Мисун перевел ручки машинного телеграфа на "стоп". - Начальник радиостанции, связаться с пароходством, передать: атакованы гидросамолетом, совершившим посадку на воду близ судна. Обстреляны двумя пулеметными очередями. Выполняю приказ гидросамолета застопорить машины. Самолет опознавательных знаков не имеет.
- Есть! - Магомедов поспешил в радиорубку.
Между тем гидросамолет, продолжавший плыть вровень с советским судном, раскрыл с кормы аппарель. По ней скользнул в воду небольшой катер.
- Станислав Николаевич, - быстро заговорила Тамара Шурга, - вдруг появление самолета связано с тем, что мы нашли в море человека?
- Как они могли узнать об этом?.. Впрочем, все возможно. Вот что, бегите к Магомедову. Пусть сфотографирует покойника.
Шурга покинула мостик.
Между тем катер уже подходил к борту "Рогова". Двое в надувных жилетах стояли на носу суденышка и размахивали автоматами, требуя, чтобы с теплохода спустили трап.
Ибрагим Магомедов был страстным фотографом, считал себя фотолетописцем "Рогова" и снимал все события на судне: торжественные подъемы флага в дни советских праздников, традиционные церемонии при пересечении экватора, футбольные матчи экипажа во время стоянок в портах. Переборки салона и кают-компании были увешаны работами Магомедова.
