В Лондоне живет множество богатых новых русских, миллионные состояния которых, созданные во время ельцинско-чубайсовской приватизации, нельзя считать вполне законными. Среди этих миллионеров немало представителей бывшей партийной элиты и, наверное, немало влиятельных сотрудников бывшего КГБ, перешедших в бизнес. Биографии таких мультимиллионеров в Англии никого не интересуют. Но мало кто из них желал бы увидеть в прессе сообщение о своем советском прошлом. Есть миллионеры и с криминальным прошлым, члены разных мафий, «отмывшие» свои деньги. Для бывшего «опера», боровшегося с коррупцией, браконьерством и организованной преступностью, шантаж таких «новых русских» не представляет моральной дилеммы. К тому же шантаж применялся в КГБ вполне легально и достаточно широко. Путем шантажа и сейчас вербуют агентов в разведке, различных осведомителей, в том числе в тюрьмах и лагерях. КГБ подвергал шантажу Солженицына, Синявского, Пастернака и других деятелей культуры. Шантаж – занятие, имеющее богатую историю. Все мы помним, как шантажировали на сексуальной почве президента США Билла Клинтона, вынуждая его к досрочной отставке. Шантажом, предмет которого не разглашался, была названа неожиданная отставка британского лейбористского лидера Вильсона в 1976 году.
Шантаж по той схеме, которую готовил Литвиненко, – дело очень опасное. Шантажист-одиночка всегда рискует своей жизнью. Десять тысяч фунтов – это не такая уж большая сумма, ради которой какой-то миллионер с преступным прошлым пойдет на убийство, да еще с применением полония-210. Но для тех людей, которые подвергались шантажу на более крупные и постоянно растущие суммы, такое решение вполне вероятно. Отравление шантажиста радиоактивным изотопом с альфа-излучением может иметь очень большие преимущества по сравнению с тривиальным убийством. Жертва попадает в больницу на длительный срок, и полиция неделями не подозревает о преступлении. За это время пустой дом шантажиста может быть тщательно обследован на предмет удаления и уничтожения всех его аудио– и видеоматериалов, досье и файлов, содержащихся в его компьютере. Когда через три-четыре недели полиция все же придет с обыском в его дом в поисках радиации и других следов преступления, она может не найти тех документов, за каждый из которых тот же Литвиненко надеялся получать по 10 тысяч фунтов. В типичный английский дом квалифицированному человеку проникнуть очень легко, особенно через выход в заднюю часть сада. Дом пустой, жена дежурит в больнице, сын в частной школе, где ученики обычно и ночуют.
Легко теперь обвинить и Светличную – все те файлы и досье, которые ей показывал Литвиненко, можно объявить ее собственной выдумкой. Ей уже поставили в вину то, что она не записала тайно на сотовый телефон свои разговоры с Литвиненко у скульптуры Эроса и в Гайд-парке и не сообщила о них сразу в полицию.
На ежегодной Лондонской книжной ярмарке 16–18 апреля 2007 года я встретил Юлию Светличную и Джеймса Хартфильда, которые вместе с литературным агентом предлагали ведущим британским и американским издательствам проспект своей книги о Литвиненко, озаглавленной «
