В Главном разведывательном управлении становится известно, что один из лидеров бандитского подполья на Северном Кавказе занимается поиском специалиста по баллистическим ракетам стратегического назначения. Аналитики ГРУ проверяют информацию и получают неоспоримые доказательства того, что в руки террористов попала ракета с ядерной боеголовкой. На Кавказ срочно вылетает группа спецназа под командованием капитана Синицына. Бойцам приказано уничтожить террористов и обезвредить ракету…
Огромная журавлиная стая, растянувшись от горизонта до горизонта, медленно тянулась на юго-восток. Большие птицы серыми крестами расплывались в синеве горизонта. «Курлы, курлы» – бесконечно билось в ушах быстро шагавшего по лесу человека. «Курлы, курлы» – кричали улетающие на зимовку птицы. «Курлы, курлы» – неслось по лесу незатихающее эхо. «Курлы, курлы» – пробиваясь сквозь кроны, журавлиный крик стелился по кустам, скатывался вниз по хребту и наконец сходил на нет, смешиваясь с шумом бегущего среди камней ручья.
Где-то вдалеке хрустнула ветка. Человек остановился, замер, прислушиваясь к окружающему пространству. Медленно положил на землю болтавшийся за спиной рюкзак. Вытер выступивший на лбу пот. Постояв с минуту, опустился на землю, давая отдых уставшим ногам. Он не спешил. Закрыл глаза, с наслаждением вдыхая всей грудью чистый лесной воздух. Шальной ветер принес едва различимый отзвук далекого взрыва. На круглом лице появилась удовлетворенная улыбка. Дело сделано. Хаким Батырбеков – главарь одной из банд, орудующих в Н-ской Республике Северного Кавказа, сунул руку в рюкзак, вытащил палку колбасы и с наслаждением вцепился в нее зубами. Ел, почти не жуя, глотая крупными кусками, словно оголодавший волк. Нервное напряжение последних двух дней вырвалось наружу нестерпимым голодом. Хаким мысленно представил языки пламени, лижущие помещения горно-обогатительного комбината, и его улыбка стала шире. Преследования он не боялся. Пока власти спохватятся, пока подтянут войска, он будет в безопасности – в глубине леса его ждал хорошо замаскированный схрон. В нем, прежде чем идти дальше, Батырбеков планировал отсидеться два-три дня.
Вот по лесу прокатился звук еще одного взрыва – взлетела на воздух цистерна сжиженного газа. Хакиму показалось, что он чувствует запах гари. Расширив ноздри, принюхался. Нет, воздух оставался свежим.
Колбаса кончилась. Нужно было встать и идти дальше. Муки нескольких предшествующих дней оказались не напрасны. Все прошло как нельзя удачно. Он остался в немалом выигрыше. Наниматели Батырбекова предполагали, что в диверсии примет участие вся бандгруппа, и платили соответственно, но Хаким предпочел действовать в одиночку. И он не ошибся. Дело сделано, деньги лягут на его счет, как только видеокассета с заявлением о «мести неверным» попадет в средства массовой информации. Того, что наниматели его кинут, Батырбеков не опасался. «Джихад», «Месть неверным», «Во имя Аллаха» – всего лишь слова, должные скрыть правду – устранение конкурентов. Бизнес есть бизнес, ничего личного. Ни тени намека не должно быть брошено в сторону его нанимателей, ни тени…
Хаким поднялся. Закинул за плечи рюкзак и начал неспешный спуск к руслу едва слышно шумевшего ручья. Склон стал круче. Вывернулся из-под ноги и покатился вниз округлый камень, посыпалась земля. Хаким ухватился левой рукой за ветку, наступив на выступающее из горной породы корневище, осторожно переступил, зацепился пальцами правой руки за черный корень и, повиснув на нем, наконец-то опустился на ровную площадку высохшего речного русла. Развернулся, сделал шаг, другой, третий и, остановившись, замер. В сознании замельтешила какая-то мелочь, попавшаяся на глаза, но изначально не привлекшая внимания. Батырбеков повернулся лицом к обрыву. Глаза заскользили по неровной поверхности почвы. Но обнаружить искомое удалось далеко не сразу. Хакиму пришлось поднять взгляд, чтобы вновь увидеть то, что промелькнуло мимо сознания, – его густые брови от удивления изогнулись дугой. Батырбеков подошел ближе. Последние сомнения рассеялись. То, что он первоначально принял за толстый корень дерева, оказалось жгутом силового кабеля, вымытого из глубины породы весенними водами. Хаким в задумчивости провел пальцами левой руки по своим толстым губам. Затем пальцы медленно сползли по выступающему подбородку. В сознании всплыли слухи. Нет, не слухи, а скорее даже отзвуки смутных слухов, некогда ходивших в его селении во время строительства только что уничтоженного горно-обогатительного комбината. А если то были не слухи? Если не слухи? Бабкины придумки? Нет дыма без огня. И если даже не так… Столь толстый силовой кабель просто не мог идти в никуда. Хаким ощутил соприкосновение с тайной.
…два года ушли на поиски…
