Ацилат – это не просто остров в параллельном нам мире. Это место, где сходятся судьбы, избегая время и поколения. Предлагаю окунуться в начало огромной истории, начавшейся многие тысячи лет назад и не закончившейся по сей день. Молодой следователь сталкивается со странным и таинственным преступлением. Оно приводит его на старое кладбище в небольшом посёлке, где он вспоминает ужасную правду своего детства. В ту же беду, что и он в детстве, попадают двое подростков, которых необходимо спасать, чтобы их не постигла страшная участь.
Лето в этот год выдалось жарким и засушливым. Большая часть урожая на полях погибла из-за недостатка осадков. Область окутало рекордное количество лесных пожаров. Воздух был пропитан запахами дыма, гари и пеплом, отчего при долгом пребывании на улице начинала кружиться и болеть голова, а одежда покрывалась тонким серым слоем.
Пожарные из последних сил боролись со стихией, но были не в силах победить её. Положение могла спасти только сама природа, орошив землю водой или снизив температуру. А пока людям оставалось только быть настороже и стараться сдержать натиск пламени.
В самый пик засухи, когда температура приближалась к сорока градусам, изнемогая от жары, Женя ехал в небольшой городок на севере Урала.
Женя продвигался мимо выгоревших, местами ещё тлевших лесов и полей, вдоль обочин были участки, где совсем недавно росли трёхсотлетние сосны, а теперь они стоят словно сгоревшие спички, что тянутся к солнцу. Теперь то же светило, которому они поклонялись многие годы, сожгло их. Это словно получить удар в спину от того, кого любил больше жизни, и сгореть в этой любви дотла.
Женя подумал о детстве: «Я ведь тоже кого-то любил. Любил маму и папу. Не помню». В расстройстве Женя покачал головой.
– Не надо об этом думать, ещё не время, – сказал он вслух. – Ну вот, начал говорить сам с собой. Эта жара похоже сводит меня с ума.
Он проклинал тот день, когда решил купить старый автомобиль, в котором не было даже кондиционера.
– Ну это же классика, – иронично выпалил он вслух, вспоминая о том, как хозяин авто, на котором он сейчас ехал, оправдывал все его минусы только тем, что это классика. Словно больше ничего и не требовалось, чтобы быть хорошей машиной.
– Вы ничего не понимаете! Как можно променять настоящее авто на консервные банки, напичканные постоянно ломающейся электроникой? —вспомнил Женя ещё одно высказывание хозяина, которое окончательно подтолкнуло его к покупке, ведь ему всегда хотелось иметь что-то надёжное, что никогда не подведёт. «Всё так, но жара просто убивает», – подумал Женя.
Открывать окна в машине было нельзя, потому что большую часть пути по разные стороны дороги ещё тлел недавно потушенный лес. Местами Жене приходилось проезжать ещё горевшие участки. Каждый раз он думал, что может не преодолеть этот участок, что впереди будет бушевать сильный огонь, и придётся повернуть назад или застрять там окружённым неутихающим пламенем.
Мысли путались, в голову лез разный бред, словно высокая температура плавила мозг: «С чего я вообще взял, что могу попасть в огненный капкан? Ещё час назад я проехал все опасные участки, о которых знал заранее. Сейчас воздух хоть и дымный, но по обочинам растёт живая трава, нетронутая огнём. Нет причин паниковать».
Женя остановился, чтобы немного проветрится и прочистить мысли. «Зачем я вообще еду, что я собираюсь там найти? – помотав головой, подумал он и прислонился к горячему капоту машины. – Ты прекрасно знаешь ответ, хватит крутить эти мысли по кругу, решение принято и назад пути нет. Сейчас ты либо найдёшь ответы на свои вопросы, либо нет, другого не дано. Ну вот опять, теперь я ещё и себе отвечаю. Интересно, что случится раньше: меня убьёт эта жара, или я сойду с ума?»
Он ехал в небольшой город, куда его распределили после обучения на следователя. Несмотря на невыносимую жару, он предвкушал тот момент, когда начнёт борьбу с преступностью. Но это было не главной целью, главной целью было понять кто он, и ответ можно было найти только там.
Выдохнув перед дверью начальника управления, чтобы сбросить переполняемое его волнение перед первой встречей с начальством, Евгений постучал в дверь.
– Входи, – прозвучал грубый, немного ленивый голос.
Сжав папку с документами, Женя вошёл.
– Здравия желаю, товарищ майор, – отчеканил Женя, следуя армейской привычке.
Майор, крепко слаженный, лет шестидесяти, с виднеющимися седыми прядями в волосах медленно поднял голову от бумаг и посмотрел на Женю. Он стоял перед ним в идеально отглаженной форме, приложив руку к виску и отдавая честь. Майор рассмеялся.
– Садись, солдат, – продолжая смеяться, выговорил он, указывая на стул. – Здесь можно без этого, ты больше не в армии, так что расслабься, зови меня просто Игорь Палыч, этого будет достаточно, – он протянул руку.
– Петров Евгений Анатольевич, – снова отчеканил Женя, пожимая протянутую ему ладонь и думая о том, что, «кажется, мне повезло: похоже майор – нормальный мужик».
Игорь Палыч откинулся на спинку кресла и с улыбкой проговорил:
– Ну, рассказывай Евгений Анатольевич, – взял папку и взглянул на первую страницу. – Детдомовский, – его лицо помрачнело. – Ладно, начнём. Расскажи о себе, было бы неплохо узнать, что ты за человек, прежде чем давать тебе работу. Как ты оказался в детдоме?
