Благодаря наставлениям ваших миссионеров мы, мешикатль, теперь знаем, что раньше, даже совершая правильные поступки, мы руководствовались неверными побуждениями. Однако я вынужден с прискорбием напомнить вашему преосвященству, что на этой Земле еще обитают непокоренные белыми людьми народы, владения коих не включены в состав провинции Новая Испания. Тамошние жители по невежеству своему до сих пор считают, будто приносимый в жертву испытывает лишь кратковременную боль в миг Цветочной Смерти, после чего ему обеспечено вечное блаженство в загробном мире. Этим дикарям ничего не известно о христианском Господе Боге, который не ограничивает человеческие страдания земной жизнью, но и после смерти ввергает людей в Ад, обрекая на вечные муки.
О да, ваше преосвященство, я знаю, что Ад существует только для того множества испорченных людей, которые заслужили вечное страдание, тогда как немногие избранные праведники отправляются в Рай, где обретают несказанную благодать. Но ведь ваши миссионеры учат, что в этот самый Рай нелегко попасть даже христианам, тогда как Ад весьма вместителен и угодить туда проще простого. После обращения в Христову веру я посетил множество служб и проповедей и пришел к выводу, что христианство оказалось бы куда более привлекательным для язычников, умей священники вашего преосвященства описывать прелести Рая так же живо и впечатляюще, как они описывают ужасы Ада.
Очевидно, ваше преосвященство не желает слушать мои неуместные рассуждения, даже чтобы опровергнуть или оспорить их, и предпочитает вместо этого удалиться? Ну что ж, я ведь всего лишь новообращенный христианин и, вероятно, слишком дерзко высказываю свое мнение, не успев глубоко постичь незнакомое для меня учение. Поэтому я лучше оставлю тему религии и продолжу свой рассказ.
Праздничный пир воинов, состоявшийся в тогдашнем пиршественном зале этого самого Дома Песнопений в ночь после освящения Великой Пирамиды, имел, разумеется, некую связь с нашей религией, но это вряд ли вас заинтересует. Существовало поверье, что, вкушая жареное мясо принесенных в жертву пленников, победители таким образом вбирают в себя их силу и боевой дух. Однако «почтенному отцу» строго запрещалось вкушать плоть «возлюбленного сына». Иными словами, никто не мог есть мясо пленника, захваченного им лично: с точки зрения нашей религии это было еще более мерзким грехом, чем кровосмешение. Вот почему, в то время как все прочие старались заполучить хоть маленький кусочек плоти несравненного Вооруженного Скорпиона, мне пришлось довольствоваться мякотью бедра менее значимого воина.
Как мы могли это есть, мои господа? А что, мясо было прекрасно приправлено специями и хорошо прожарено. Да и гарниров тоже хватало: бобы, тортильи, тушеные томаты. Потом мы запивали все это шоколадом и...
Тошнотворно, мои господа? Почему, совсем наоборот! Мясо было весьма вкусное, нежное и хорошо приготовленное. Поскольку эта тема так возбуждает ваше любопытство, скажу, что человеческая плоть по вкусу очень похожа на мясо тех животных, которых вы привезли из-за моря и называете свиньями. Пожалуй, именно это сходство и питает слухи о том, что вы, испанцы, находитесь в близком родстве со свиньями и даже, хоть и не вступаете с ними в законные браки, способны к скрещиванию с этими животными.
Ййа, почтенные братья, не делайте такие лица! Сам-то я никогда не верил этой болтовне, ибо прекрасно понимаю, что ваши свиньи – всего лишь одомашненные животные, родственные диким вепрям нашей земли, и не думаю, чтобы испанец был способен совокупиться с одним из них.
Конечно, ваша свинина гораздо ароматнее и нежнее, чем грубое мясо наших диких вепрей. Но случайное сходство вкуса свинины и вкуса человеческой плоти, вероятно, стало причиной того, что наши низшие сословия быстро пристрастились жадно пожирать свинину, испытывая при этом куда большую благодарность к испанцам за знакомство с этими животными, нежели за знакомство с учением Святой Церкви.
Так вот, в том ночном пиру, что было вполне справедливо, участвовали почти исключительно воины аколхуа, прибывшие в Теночтитлан в свите Несауальпилли. Чималпопоку представляло лишь символическое число пировавших текпанеков, а нас, мешикатль, было всего трое: я сам и мои непосредственные начальники – куачик Пожиратель Крови и воитель-Стрела Ксокок. Среди аколхуа оказался и тот солдат, которому в битве сперва отсекли, а потом пришили нос. Он с печалью поведал нам, что операция не увенчалась успехом: пришитый нос не прижился, почернел и в конце концов все-таки отвалился. Разумеется, мы дружно уверяли его, что он и без носа выглядит совсем неплохо, но этот воин, будучи человеком воспитанным, сидел в сторонке, чтобы не портить нам аппетит.
Каждому гостю предоставили весьма соблазнительно одетую женщину-ауаниме, которая накладывала ему с общих блюд лакомые кусочки, набивала и разжигала курительную трубку, наливала шоколад и октли и при желании удалялась с ним в один из расположенных вокруг трапезной и отделенных от нее занавесками маленьких альковов.
