– Рассуди сам. Такие ребята, как мы, в сущности, являются изгоями. Не думай, что Шахар, Галь, Шели и Хен этого не понимают! Да, они наши друзья, но их жизни насыщены, очень насыщены. В то же время, мы с тобой топчемся на месте. Ты сам сказал: поток выбросил нас на берег. И мы никогда не изменим свою жизнь, не приложив усилий к этому. Вот мое предложение. Представь себе, что мы случайно нашли друг друга как людей близких во всех отношениях. Давай же объединимся и бросим вызов им, беспечным баловням судьбы! Будем вместе всегда и везде: вместе ходить на вечеринки, вроде этой, вместе готовиться к экзаменам, вместе проводить свободное время. А нежные чувства придут со временем, или заменятся привязанностью. И я обещаю тебе, Одед, что если наш эксперимент не удастся, мы сразу же вернемся к обычной, ровной, ни к чему не обязывающей дружбе.
У Одеда перехватило дыхание от объективной, и главное – убедительной речи Лиат. Он и так был в угнетенном состоянии, а отчаянное предложение приятельницы произвело на него и вовсе невыразимое впечатление. Он почти сдался.
– То, что ты предлагаешь, скорее похоже на сделку! – в последней попытке увернуться от согласия проговорил он.
Лиат спокойно посмотрела на него и изрекла:
– В сделках нет ничего ужасного. Поток, в который мы войдем, сам вынесет нас туда, куда следует. Просто отдайся ему и не бойся! Подумай! Эта сделка, как ты ее назвал, на мой взгляд, гораздо предпочтительней бесполезного ожидания девушки твоей мечты.
Одед сломался. Правота Лиат была поразительной, а он сейчас был слишком слабым, чтоб противиться очевидному. К тому же, мысль о его безответной любви к Галь, и о его нелепой и бессмысленной ревности к Шахару – «супермену», которого такому «лопуху», как он, никогда в жизни было не переплюнуть, больно задела самолюбие Одеда, и как будто нарисовала ему всю вопиющую картину его униженности. Черт побери! Почему бы ему и впрямь не попытаться?
Словно другой половиной сознания он услышал тихий вопрос девушки, прозвучавший скорей как просьба:
– Ты никогда еще ни с кем не целовался?
– Нет, – ответил он машинально.
– Хочешь попробовать? Прямо сейчас?
Одед задрожал. Переход от плана к действию всегда напрягает.
Лиат была как никогда решительна. Она придвинулась поближе к молодому человеку и горячо прошептала:
– Иди ко мне!
Одед видел столько раз как целуются другие – в жизни, в кино, в рекламах – но целоваться самому… Как подступиться сейчас к Лиат, как ответить на ее призыв, показав себя мужчиной? Он никогда бы не предположил, что его первый поцелуй произойдет именно здесь и сейчас, при не самых лучших обстоятельствах, и именно с Лиат. От волнения у него пересохло во рту.
Однако зов девушки пересилил его сомнения. Он наклонился к ней, обнял ее, как в фильмах, и очень нежно соединился с ней полураскрытыми губами. Терпкий вкус чужой слюны коснулся его нёба, распространился по рту. Таков ли был сладкий поцелуй любви в действительности? Получал ли он удовольствие от посасывания языка этой девушки, от прикосновений к ее коже, к ее телу? Увы, нисколько! Неужели так бывает всегда, или только в первый раз? Мешала ли ему его стеснительность, или дело было в нелюбви? Одед не знал ответов на эти вопросы. Он лишь почувствовал, что у него не хватит смелости на союзничество с ней. Пусть он лучше задохнется в своем никому не понятному мире, чем станет принуждать себя.
Когда они закончили целоваться, то еще некоторое время посидели в молчании, не размыкая объятий, думая каждый о своем. Время было очень поздним. Движение на соседней трассе почти прекратилось, и мертвая тишина воцарилась в округе. Лунный серп чуть-чуть сместился, и сиял прямо над головами друзей, серебря развесистые кроны сосен.
– Какая ночь! – томно произнесла Лиат. – Она просто создана для поцелуев. Как я рада, что мой первый поцелуй произошел именно в такую ночь! Мне было очень приятно, Одед. Ты знаешь, я натура скрытная, но теперь, после нашего трепетного момента, я хочу разделить с тобой все, что меня мучило, душило, истязало. Ведь ты еще совсем меня не знаешь! И я начну с главного: теперь я счастлива, Одед! Теперь я смогу быть счастливой. С тобой.
Одед не отвечал. Мало того, что ему пришлось совершить над собой усилие чтоб поцеловаться с нею, так она сразу же начала нагружать его своими неурядицами! Зря он поддался Лиат, зря. Ему было стыдно.
– Почему ты молчишь? – нежно спросила девушка. – Повторим поцелуй?
Молодой человек поднялся, отстранив удивленную девушку. Сделав несколько кругов вокруг скамейки, он снова сел, поодаль от нее.
– Прости меня, – сказал он. – Я не хочу.
– Чего ты боишься? – похолодела Лиат.
– Я не боюсь. Я просто не могу. И не хочу тебя обманывать, Лиат. Ты дорога мне только как приятельница. Если мы начнем встречаться, то наши отношения превратятся в сущий ад, и никогда мы не сумеем потом вернуться к простой дружбе. Ты этого хочешь, Лиат, в самом деле?
– Ты не волнуйся обо мне! Подумай лучше о себе. Ведь я тебе помочь желаю.