{19 Hist., IV, fr. 1 Maur. Речь идет о выставленном на продажу имуществе жертв проскрипций. Гней Корнелий Лентул Клодиан — консул 72 г. до н. э., вместе с коллегой возглавлял борьбу с восстанием Спартака, но неудачно: был разбит.}
(10) Мы же потом от Аполлинария узнали, что слово vanus, собственно говоря, употребляется не так, как говорится обычно о безрассудных, тупых или глупых людях, но, как говорили самые ученые из древних, о лживых и неверных, весьма ловко выставляющих легковесное и пустое вместо серьезного и истинного. [Словом] же stolidus называют не столько глупцов или безумных, сколько людей неприятных, назойливых и грубых, которых греки именуют (негодные, дурные) и (тягостные, неприятные). (11) Он говорил также, что этимология (') этих слов описана в книгах Нигидия. {20}
{20 Публий Нигидий Фигул — см. комм. к Noct. Att., II, 22, 31.}
Я их искал и нашел, и отметил с примерами исходных значений, чтобы внести в записки этих "Ночей". Думаю, что я уже поместил их где-то в этих записях. {21}
{21 Судя по всему, Геллий поместил обещанные рассуждения в Noct. Att., VIII, 14, однако от этой книги до нас дошли только названия глав.}
Глава 5
О том, что Квинт Энний в седьмой книге "Анналов" написал "quadrupes eques" (четвероногий всадник), но не "quadrupes equus" (четвероногий конь), как многие читают
(1) С ритором Антонием Юлианом, {22} человеком отличным, клянусь богами, и одаренным красноречием, мы - немалое число молодых людей и его друзей - в Путеолах, во время летних праздничных игр и развлечений, предавались восхитительным литературным занятиям, а также [прочим] целомудренным и достойным удовольствиям. (2) Вдруг Юлиану сообщают, что некий чтец , человек не без образования, хорошо поставленным и благозвучным голосом публично читает "Анналы" Энния {23} перед народом в театре. (3) "Давайте сходим, - сказал он [Юлиан], - послушать этого неизвестного эннианиста", ведь именно этим словом тот желал именоваться.
{22 Антоний Юлиан — см. комм. к Noct. Att., I, 4, 1.}
{23 Квинт Энний — см. комм. к Noct. Att., I, 22, 16.}
(4) Когда мы застали [этого человека] уже читающего при громких восклицаниях публики - а читал он седьмую книгу "Анналов" Энния, - то прежде всего услышали как [сей прославленный чтец] неправильно произносил следующие стихи:
Четвероногие кони (quadrupes equus),
а с ними слоны всею силою
Мчатся вперед. {24}
{24 Enn. Ann. V. 232 Vahlen. Перевод А. Я. Тыжова. В оригинале стоит единственное число (quadrupes equus), но, поскольку оно имеет здесь собирательное значение, при переводе словосочетание поставлено во множественное число («четвероногие кони»).}
И далее, прочитав еще несколько стихов, под всеобщие похвалы и поздравления [знаток Энния] удалился. (5) Тогда Юлиан, выходя из театра, [сказал]: "Каково ваше впечатление от этого чтеца и "четвероногого коня"? Ведь он со всей определенностью сказал так:
Четвероногие кони, а с ними слоны всею силою
Мчатся вперед.
(6) Неужели вы думаете, что имей этот [человек] хоть сколько-нибудь стоящего наставника, он сказал бы quadrupes equus (четвероногий конь), а не quadrupes eques (четвероногий всадник), что - как никто из числа усердно изучавших древнюю литературу не сомневается - и написано у Энния?". {25} (7) И так как некоторые из присутствовавших стали утверждать, что читали - каждый у своего преподавателя грамматики - quadrupes equus (четвероногий конь) и недоумевали, что означает quadrupes eques (четвероногий всадник), Антоний Юлиан сказал: "Я хотел бы, цвет молодежи, чтобы вы столь же внимательно прочитали Квинта Энния, как читал Публий Вергилий, который, последовав этому стиху, в "Георгиках" поставил eques (всадник) вместо equus (конь) в следующих стихах:
{25 Дискуссию об употреблении eques и equus воспроизводит Макробий (Sat., VI, 9, 8—12).}
Frena Pelethronii Lapithae gyrosque dedere,
Impositi dorso atque equitem docuere sub armis
Insultare solo et gressus glomerare superbos.
(Повод и кругом езда - от пелефронийцев лапифов,
И на коня, и с коня научивших наездника прыгать
В вооруженье, сгибать непокорные конские ноги). {26}
{26 Georg., III, 115—117. Перевод С. В. Шервинского.}
В этом месте equitem - если только кто-то не станет с невежеством и отсутствием тонкости чрезмерно изощряться - нельзя понять никак иначе, чем equus (конь). (8) Ведь многие в древнее время и человека, сидящего на коне, и коня, на котором он сидел, называли eques. (9) Вот почему даже equitare - глагол, образованный от слова eques, - применялся и к человеку, едущему на коне, и к коню, ступающему под человеком. (10) Притом и Луцилий, {27} прекрасно знающий латынь, говорит equum equitare в следующих стихах:
{27 Гай Луцилий — см. комм. к Noct. Att., I, 3, 19.}
Quis hunc currere equum nos atque equitare videmus,
His equitat curritque: oculis equitare videmus;
Ergo oculis equitat.
(Чем этот конь свой бег совершает и скачет,
Мы видим, тем скачет он и бежит.
Глазами, что скачет, мы видим. Значит,
Глазами он скачет). {28}