(12) По какому же правилу составлено слово indutiae, мы уже долго исследуем. (13) Но из многого того, что мы слышим или читаем, наиболее вероятным кажется то, что [сейчас] я скажу. (14) Мы полагаем, что indutiae произносится, словно говорят inde uti jam (чтобы уже начиная с этого времени). (15) Договор о перемирии [составляется] так, чтобы в определенный день не велось сражение и не причинялось никакого беспокойства, но чтобы уже (uti jam) с этого дня все совершалось по закону войны. (16) Итак, {279} поскольку заранее назначается определенный день и заключается договор, чтобы до этого дня не сражаться, а когда этот день приходит, "чтобы уже начиная с этого времени" (inde uti jam) сражаться, поэтому из тех слов, которые я указал, словно через некоторое соединение и сопряжение составляется название indutiae. {280}
{279 Igitur — конъектура Гроновия; рукописное чтение dicitur (говорят).}
{280 Этимология, конечно, курьезная, но убедительного объяснения происхождения этого слова у современных исследователей нет.}
(17) Аврелий же Опиллий в первой из книг, которые он назвал "Музы", {281} говорит: "Перемирием называется [время], когда враги между собой, с обеих сторон и в обе стороны, друг к другу входят без опаски и не затевая сражения; отсюда, - утверждает он, - кажется, произведено слово, похожее на initiae (вступление), {282} то есть вход (initus), а также проход (introitus)". {283} (18) Эту заметку Аврелия я не опустил для того, чтобы какому-нибудь подражателю этим "Ночам" она не показалась более изысканной на том только основании, будто ускользнула от нас при исследовании происхождения слова.
{281 Об Аврелии Опиллий и его сочинении «Музы» см. комм. к Noct. Att., Praef., 6.}
{282 Рукописная традиция, дающая inviae, видимо, испорчена. Ламбеций предлагает читать initiae, Флекзайн — induitiae.}
{283 Fr. 2 Fun.}
Глава 26
Каким образом ответил мне философ Тавр, когда я спросил, гневается ли мудрец
(1) В философской беседе я спросил Тавра, гневается ли мудрец. (2) Ведь нередко он после ежедневных лекций давал возможность спрашивать кто что хотел. (3) Он, серьезно и красноречиво порассуждав о гневе как о болезни и страсти, что представлено и в книгах древних, и в его собственных "Записках", обернулся ко мне, задавшему ему вопрос, и сказал: (4) "Я думаю о гневливости так; (4) но не лишне, чтобы ты выслушал и то, что думал наш Плутарх, муж весьма ученый и сведущий. {284} (5) Плутарх, - сказал он, - приказал со своего раба, человека негодного и дерзкого, но привыкшего слушать [чтение] книг и философские рассуждения, стащить тунику и бить его плетью за какой-то проступок. (6) Его начали сечь, и он стал возражать, что не заслужил побоев; он-де не совершил ничего плохого, никакого преступления. (7) Далее посреди порки он начал вопить и издавать уже не жалобы и стоны, но суровые и бранные слова: что Плутарх, мол, не таков, каким подобает быть философу; что гневаться позорно; что он часто рассуждал о вреде гнева и написал прекраснейшую книгу "О хладнокровии" ; всему тому, что написано в этой книге, он никоим образом не соответствует, поскольку, поддавшись и совершенно подчинившись гневу, наказал его множеством ударов. (8) Тогда Плутарх спокойно и тихо сказал: "Тебе сейчас кажется, что я на тебя гневаюсь, наказывая [тебя]? По выражению ли моего лица, по голосу ли, по краске ли [гнева], или даже по словам ты понимаешь, что я охвачен неистовством? Ведь у меня, я полагаю, при этом ни глаза не свирепые, ни лицо не беспокойное, я не издаю ужасные крики, у меня не вскипает пена [около рта], я не заливаюсь краской, не говорю того, что достойно стыда или сожаления, и вообще не дрожу от гнева и не даю волю чувствам. (9) Ведь все это, если ты не знаешь, является обычными признаками гнева". И тотчас, повернувшись к тому, кто сек, сказал: "Ты между тем, пока мы с ним рассуждаем, делай свое дело"".
{284 С этого места ср.: Ioh. Saris. Policrat., IV, 8.}
(10) Суть же всего этого рассуждения Тавра была такова: он считал, что не одно и то же есть (негневливость) и (бесчувственность), и одно - негневливый дух, а иное (бесчувственный) и (тупой), то есть тупой и застывший. (11) Ведь он полагал, что в отношении как всех прочих affectus (страстей) или affectiones (переживаний), как их называют латинские философы, а греки - (страсть), так и этого движения души, которое, когда есть более серьезное основание для мести, зовется гневом, полезно не избавление, которое греки именуют , но умеренность (mediocritas), которую они называют .
Глава 1
Каким образом философ Сократ обыкновенно упражнял выносливость (patientia) тела, а также о стойкости (patientia) {1} этого мужа
{1 Древнейшие кодексы дают в обоих случаях чтение patientia (терпеливость, стойкость), этому чтению следует Мараш; в поздних рукописях XV в. patientia, видимо, по аналогии с началом четвертого параграфа, во втором случае заменяется на temperantia (умеренность, воздержанность), что принимает Маршалл.}