Аттила полностью

Как пишет Аммиан Марцеллин: «...Гунны, пройдя через земли аланов, которые граничат с гревтунгами и обычно называются танаитами, произвели у них страшное истребление и опустошение, а с уцелевшими заключили союз и присоединили их к себе. При их содействии они смело прорвались внезапным нападением в обширные и плодородные земли Эрменриха, весьма воинственного царя, которого страшились соседние народы, из-за его многочисленных и разнообразных военных подвигов».

Царство Эрменриха (Эрманариха) не представляло собой монолита, будучи раздробленным. Границы его между тем простирались от Черного до Балтийского моря. И вот теперь Эрменриху предстояло дать отпор гуннским ордам, которые возглавлял Баламбер, первый из гуннских вождей, вошедших в историю. Именно Баламбер был тем, на кого впоследствии равнялся сам Аттила.

Согласно «Истории» Марцеллина:

«...пораженный силой этой внезапной бури, Эрменрих в течение долгого времени старался дать им решительный отпор и отбиться от них; но так как молва все более усиливала ужас надвинувшихся бедствий, то он положил конец страху перед великими опасностями добровольной смертью».

Надо заметить, что к тому моменту от некогда грозного владыки остготов осталась, пожалуй, лишь его репутация. К тому же он был весьма стар годами. В то время как раз случилось происшествие, которое прямо затронуло Эрменриха. Ходили слухи, что он был вероломно предан одним из собственных вассалов. Тот успел сбежать, однако не успел захватить с собой супругу. Эрменрих, разъяренный изменой вассала, приказал предать Сунильду (таково было имя жены изменника) жестокой казни. Тело несчастной на глазах толпы народа было разорвано пополам лошадями. За гибель невинной Сунильды вознамерились отомстить двое ее братьев. Они хотели убить Эрменриха, но юркому старику удалось спастись. Впрочем, братья серьезно его ранили. Последствия этого ранения оказались катастрофическими для предводителя остготов. Он словно разом постарел на двадцать лет и влачил жалкое существование, почти не покидая одра болезни. Сообщение о нашествии рати гуннов до такой степени потрясло его, что он предпочел свести счеты с жизнью. Естественно, войска остготов, уже зная о смерти Эрменриха, были психически надломлены и совершенно не настроены не то что на победу, но даже на мало-мальски серьезное противостояние.

Для гуннов это был легкий трофей!

Однако судьба остготского царства еще не была окончательно решена. Преемник Эрменриха Витимир, понимая, что напрямую ему с гуннами не совладать, решил прибегнуть к помощи интриги. Правда, это ему не сильно помогло. Обратимся вновь к Аммиану Марцеллину:

«Витимир, избранный после его (т. е. Эрменриха.– Примеч. составителя) кончины царем, оказывал некоторое время сопротивление аланам, опираясь на другое племя гуннов, которых он за деньги привлек в союз с собою. Но после многих понесенных им поражений он пал в битве, побежденный силой оружия. От имени его малолетнего сына приняли управление Алафей и Сафрак, вожди опытные и известные твердостью духа; но тяжкие обстоятельства сломили их, и, потеряв надежду дать отпор, они осторожно отступили и перешли к реке Данастию, которая протекает по обширным равнинам между Истром и Борисфеном».

Вот так перекраивалась карта Европы...

Какой-то миг, и картина стала иной.

Естественно, случившееся с остготами не стало тайной для других народов. Находим этому подтверждение все у того же Аммиана Марцеллина: