– Никто не даст, – согласился Стас. – В общем, проблема ясна. Один вопрос: вы женаты?
– А какое это имеет отношение к делу?
– Самое прямое.
– Ну, женат.
– С супругой отношения нормальные? Разводиться случаем не собрались?
– Двое детишек у нас, какие уж тут разводы. Только на ноги встали.
– Отлично. Решаем проблему так: ваша жена дает взаймы вашей компании деньги. Срочно оформляйте договор.
– А дальше что?
– В счет обеспечения займа – все самое ценное. То, что под ударом: автомобиль ваш любимый, склады, офис. Идея понятна?
– Вроде бы, да.
– В самом крайнем случае она как займодавец, обязательство перед которым обеспечено залогом, в очереди кредиторов стоит в третьей очереди. После работников с трудовыми травмами, и теми, кому вы зарплату задолжали. Да что я вам рассказываю, посмотрите гражданский кодекс, или пусть ваш юрист его хоть раз в жизни почитает!
– Обязательно почитает теперь, стервец, – раздался радостный вопль в трубке, – спасибо, Станислав Николаевич, сколько мы вам должны?
– Профессионалы за диагностику деньги не берут, – привычно отреагировал Стас.
Через пару часов Савельев, окончательно оправившись от потрясений этого трудного дня, сидел за рулем своего верного «Лексуса».
«Куда тронемся? – размышлял Стас, – он понимал, что заснуть ему сейчас не удастся. Хотелось пообщаться, поговорить по душам с кем-нибудь из самых близких людей. Посмотрел на часы. – А мама наверняка спит уже». Решение пришло внезапно. «Интересно, чем в это время занимается «летающая» девушка Катя?», – и Савельев набрал номер своей новой знакомой.
– Екатерина, добрый вечер, – услышала Катя усталый голос в трубке, – это Стас, помните меня?
– Здравствуйте, Стас Савельев – великий консультант и писатель, – весело ответила девушка, – не только помню, но и знаю теперь о вас много интересного. Очень рада, что вы позвонили. На самом деле давно жду вашего звонка.
После стольких событий сегодняшнего дня, Стас был уже не в силах удивляться почти ничему. Играла ритмичная музыка, слышны были голоса людей. Савельев засомневался:
– Извините, Катя, быть может, я не совсем вовремя. Я хотел бы встретиться с вами в каком-нибудь тихом месте, продолжить наше знакомство. Но вы, похоже, не одна сейчас.
– Да бросьте извиняться, Стас. Приезжайте, если хотите. Место не такое уж шумное, мешать нам никто не будет. Клуб «Катрин», записывайте адрес или так запомните, куда ехать?
– Запомню, конечно.
– Вот и хорошо. Послушаете настоящее фламенко. Ничего против этой музыки не имеете?
– Фламенко, так фламенко, – согласился Стас, ему было абсолютно безразлично. – Так и быть, послушаем ваших сладкоголосых соловьев.
– Да какие там соловьи, они орут, как грачи на помойке, – засмеялась Катя, – но вам должно понравиться. Так я вас жду, приезжайте.
Некоторые люди ассоциируют своих знакомых с каким-нибудь цветом. Другие пытаются различать друзей и приятелей, сравнивая их с каким-нибудь животным. Возможна и комбинация этих способов.
Розовый поросеночек, мышь белая, скунс крапчатый…
Катя была человеком музыкальным, поэтому знакомство с человеком отражалось в ее сознании какой-нибудь из памятных мелодий. После звонка Стаса девушка записала его номер и мгновенно присвоила позывной. Теперь вызов Савельева можно было узнать благодаря страстному голосу Алехандро Фернандеса.
«Тантита пена» – то, что надо!» – решила Катя. Название бессмертного хита чудесного поющего самца из экзотической Мексики Катя переводила для друзей максимально доступно: офигенная мука.
Стас подъехал в «Катрин» через 20 минут после телефонного разговора. «Стильное местечко», – подумал Савельев, проходя по затемненному помещению к столику, из-за которого ему призывно махала рукой его новая знакомая.
Обивка под темный дуб, гравюры на стенах с изображениями тореро, быков, исполнительниц фламенко и севильяны, прочей испанской экзотики. Один из стульев у столика, за которым расположилась Катина компания, был оснащен каким-то металлическим ошейником с винтом. Катя уловила во взгляде Стаса немой вопрос.
– Это гаррота. Аналог электрического стула, средство приведения в исполнение смертного приговора в средневековой Испании. Человек садится на это креслице, на шее закрепляется ошейник, палач закручивает винт…
– И для кого приготовлено это удовольствие?
– Для собеседника, проигравшего в споре. Нравы у нас самые жестокие. Не боитесь?
– Или грудь в крестах – или, как говорил Борис Николаевич Ельцин, голова на рельсах, – сказал Савельев, присаживаясь за свободное место.
– Этот знойный атлет на самом деле великий налоговый адвокат и писатель успешно раскупаемых романов по совместительству, – представила Стаса Катя. – А это – мои друзья. Леша Карпов – гениальный поэт. Мы только что спорили, кто на самом деле круче – Мандельштам или наш Лешенька.
Справа от Стаса сидел щуплый парень с блестящими голубыми глазами. Один глаз блестел от избытка принятого на тощую грудь спиртного, а другой отражался в лучах светильника неживым стеклянным блеском.
