Токмак и ещё пять-шесть берендеев стоят передо мной с обнажёнными клинками. Большинство - с трофейными мечами, есть пара сабель.

-- Ты нарушил клятву! Ты убил моего дядю!

-- Я обещал защищать вас. Я убил бунтовщика. Сделал вашу работу. Если бы вы не убили его - вы стали бы такими же. Изменниками. Тогда я убил бы вас всех. Только что я защитил вас. От смерти в моих руках, от смерти в пасти моего волка.

Понятия "провокатор" здесь нет. Вообще нет в русском языке. Поэтому по буквам:

-- Я. Вас. Спас.

Парадокс: убийство вашего человека, кровного родственника - благодеяние. Для вас. Потому что "ваш" - провокатор. Не злоумышленно, а по естеству. По вашей, такой же как у него, природе.

Меняйте свою природу. Или - сдохните.

Не поняли? Тогда по Матфею:

"Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не всё тело твоё было ввержено в геенну. Если твой правый глаз влечет тебя ко греху, вырви его и отбрось прочь. Лучше тебе потерять часть тела, чем всему телу быть брошенным в ад".

"Лучше чтобы погиб один из твоих...". Кончайте с шаманизмом, ребята, или что там у вас, учите Евангелия.

-- И тебя я спас, Токмак. Ты обязан мне жизнью. Теперь - дважды. Помни об этом.

Зло швыряет саблю в ножны. Остальные тоже убирают клинки. Ещё один микрокризис миновал.

-- Мы заберём тело. И голову.

-- Вы заберёте всё и всех. Завтра. Когда сможете вернуться в город.

Седлают коней. Ругаются между собой на... на всё. На "неправильные" потники. На "неправильные" сёдла, на "неправильные" уздечки, на плохих коней... На галицкие стремена - несколько штук нашли.

Они уже в походе. Уже важнее - "что будет". А не "что было".

Я выхожу вслед за ними за ворота. Токмак останавливает отряд на перекрёстке. Спрашивает о чём-то своих, машет мне рукой и поворачивает влево, на юг.

"В жизни - как в пути: самая короткая дорога обычно самая грязная, да и длинная не многим чище" - Ф.Бэкон прав.

Токмак выбрал самую длинную дорогу. Но она "не многим чище". По количеству встретившихся врагов.

Нет, красавица, я не понимал, что учудил. Слишком мало знал об этом народе. Да и зная... посчитать последствия... просто найти время, чтобы продумать...

Столетиями берендеи избирали себя ханов только на время исхода. Таких в их истории было несколько, но довольно кратковременных. В части общественного устройства они были более отсталыми, или более демократичными - кому как нравится, чем, например, кыпчаки. Все дела племени решали главы "чадей". В орду с единственным ханом они не собирались уже полвека.

Берендеи не только презрительно смотрели на все племена и едва терпели власть русских князей, но и внутри себя всё больше разделялись. Одни принимали сторону волынских князей, другие - их противников.

И тут я поставил хана. Общенародного.

В РИ такое было бы невозможно: в Галич пришла одна чадь. В АИ - три. В условиях, когда они во враждебном окружении, на краю уничтожения. И - после гибели значительной части традиционной родо-племенной верхушки.

Возникла новая возможность. И ею воспользовались.

Токмак поступил нестандартно: перемешал курени и коши. Они уже перемешались во время перехода сюда, при размещении здесь. Естественно. Он - узаконил. Усилил "территориальные" связи, ослабив "кровные". Выкинув много чего, включая, например, традиционную экзогамию. Поставил аепами свою родню взамен погибших ханов. Сломал обычную иерархию родов. Увидел возможность и превратил в норму.

Были недовольные - их рубили. Некоторые бежали - их убивали местные. Для народа важнее надежда выжить. Кусок хлеба сегодня.

Перейти на страницу:

Все книги серии Зверь лютый

Похожие книги