— Это все, чего мама хочет для своих мальчиков. Счастливая жизнь. Всегда счастлив.
— Так, объясни, как работает физическая часть этого, — сказал Хуан, скручивая пальцы в различные конфигурации.
Мама повернулась и хмуро посмотрела на него.
— Прекрати это, или я отправлю тебя домой.
Итан начинал понимать, почему маме нужно было собственное жилье. Если бы она переехала к Хуану или Карлосу, она не смогла бы отослать их, когда они ее беспокоили. Однако она могла бы уморить их голодом.
— Мне нужно вернуться на концертный тур, — сказал Итан. — Я уезжаю на один день, и они обручаются.
— Так жаль, что они причинили тебе боль, — сказала мама, обнимая Итана за талию, чтобы обнять его.
— Мне не больно. — Не слишком сильно. — Я нужен им там. Они оба немного безрассудны. Особенно Трей. — Он усмехнулся, чувствуя себя таким беззаботным, что ему захотелось танцевать. Или, по крайней мере, немного поерзать. Его мать знала, что он влюблен в мужчину и в женщину, и ей еще предстояло с отвращением выгнать его из своего дома.
— Я встречусь с этим мужчиной, которого ты любишь, нет? — спросила мама.
— Как насчет вторника? В Атланте будет шоу...
— Вторник!
— Я отвезу тебя на концерт, куда ты захочешь. Ты можешь снова увидеть Рейган и встретиться с Треем. Или навестить нас в Лос-Анджелесе, когда мы отдохнем с дороги.
— А Карлос знает, что ты педик? — спросил Хуан.
Мама развернулась так быстро, что Итану пришлось сделать шаг назад. Она схватила Хуана за ухо и стащила его с дивана.
— Мне не нравится это слово, — сказала она. — Ты никогда больше не произнесешь его в моем доме.
— Прости, — сказал Хуан, поморщившись.
— Не извиняйся передо мной. Извинись перед своим братом.
Пристальный взгляд Хуана сфокусировался на Итане, но он не встретился с ним взглядом.
— Прости, — пробормотал он. Мама отпустила его ухо, и он отполз в безопасное место. — Если ты хочешь трахаться с мужчинами, это твое дело.
Мама застонала от разочарования и всплеснула руками.
— Почему ты такой? Я неправильно тебя воспитала?
— Все в порядке, — сказал Итан. — Не все поймут меня или примут таким, какой я есть. — Он был уверен, что каждый временами чувствовал себя чужаком, если не из-за своей сексуальной ориентации, то из-за своих причуд, своей внешности или своих идей. Трей давно смирился с этим фактом. Итан только начинал соглашаться со его мудростью.
— Твой брат должен принять тебя — он твоя кровь, — сказала мама. — Где Карлос?
— Он в Ларедо, — сказал Хуан, — со своими... — Он нервно взглянул на Итана. —...э-э, братанами.
— Опять это? — Сказала мама. — Он когда-нибудь получит настоящую работу?
Мама
— Он часто это делает? — спросил Итан.
— Несколько раз в неделю, — сказала мама, качая головой. — Он хочет, чтобы его мама умерла от стыда, вот чего он хочет.
— Это не так уж плохо, — сказал Хуан. — Ты поддерживаешь Итана и его странный образ жизни, так почему бы тебе тоже не поддержать Карлоса?
— Это позор! — огрызнулась мама.
— Зачем маме поддерживать Карлоса в банде” — спросил Итан. — Чем он торгует? Наркотиками? Людьми?
Мама и Хуан долго смотрели на него, разинув рты, а затем Хуан разразился хриплым смехом.
— Карлос в банде? — Хуан обхватил руками живот, но это не уменьшило его веселья. — Это куриное дерьмо? О, это хорошо, Итан. Мне придется сказать ему, что ты думаешь, что он в банде.
— Тогда... — Итан был в полной растерянности. — Почему он едет с кучей чуваков в желтых банданах в пограничные города?
— Он играет на трубе в оркестре мариачи, — сказал Хуан. — Ты думал, что он в банде? — Он покачал головой, все еще посмеиваясь. — Неудивительно, что тебя уволили из полиции.
Ой, эта колючка ужалила. Сильно.
— Они носят нелепые сомбреро и выпрашивают у туристов деньги, — сказала мама, скрестив руки на груди. — Так неуважительно по отношению к нашему наследию.
— Мама на самом деле не видела его выступления, — сказал Хуан. — Ее подруга Глория...
— Глория мне не подруга, — сказала мама, делая вид, что плюет на отсутствующую бывшую подругу. — Пута.
Брови Итана взлетели вверх. Ух ты, она, должно быть, очень расстроена, если обзывала других женщин.
— Пута привлекла внимание мамы к позорной профессии Карлоса. — Хуан наклонился ближе к Итану и прошептал: — На самом деле у него это неплохо получается. Теперь у них есть менеджер и все такое.
— Большой черный парень? — спросил Итан.
— Дмитрий. — кивнул Хуан.
— Из Нью-Мексико. Водит потрепанный белый фургон.
— Это он.
Все кусочки сложились. Итан чувствовал себя ослом из-за того, что подозревал, что его брат замышляет что-то нехорошее, но почему он пытался скрыть от него правду? Вероятно, по той же причине, по которой Итан скрывал свою сексуальность. Он не хотел, чтобы его брат неуважительно относился к его жизненному выбору.
— Я бы хотел как-нибудь посмотреть, как он играет, — сказал Итан. — Мама, ты должна пойти со мной.
Она пожала плечами и направилась на кухню.
— Сейчас я приготовлю сладости.
