— Рейган, — позвал Бутч, — пора отправляться в студию.
Рейган подвинулась так, чтобы посмотреть сквозь гитаристок с зелеными и черными волосами, глупо улыбающихся ей. Участники «Конца Исхода» и их свита диск-жокеев уже покинули комнату. Она поцеловала Трея в щеку и отодвинулась от него.
— Ты уверен, что не против представить нас Мастеру Синклеру, — спросила Азура Трея, когда Рейган поспешила к двери.
Рейган улыбнулась про себя. Она вспомнила, как познакомилась с Треем и как была взволнована перспективой встречи с ведущим гитаристом «Грешников». Она предположила, что была не единственной гитаристкой, которая была безумно влюблена в талантливые пальцы этого человека.
Акустическая гитара была вложена в руки Рейган в тот момент, когда она вошла в студию. За исключением того, она никогда по-настоящему не играла песни «Конца Исхода» на акустике. Техника игры на электрогитаре была совершенно иной. Желудок Рейган сжался, когда она поняла, что вот-вот выставит себя полной дурой перед аудиторией, перед которой она никогда раньше не выступала. По крайней мере, ей не нужно было смотреть, как они съеживаются в своих машинах, домах и офисах, когда она убивает их любимые мелодии.
— Эм, что мы играем? — спросила Рейган у Макса.
— То же самое, что мы всегда играем на акустике.
— Что именно? — спросила Рейган.
Макс уставился на нее, его карие глаза с зелеными и золотыми крапинками были непроницаемы.
— Ты никогда не играла «Укус» на акустике, да?
«Укус»? На акустическом. Как, черт возьми, кому-то удалось сыграть такой быстрый рифф на акустической гитаре? Рейган покачала головой, прокручивая в голове музыкальную строку и безнадежно уставившись на гитару в своих руках.
Макс схватил Бутча за руку.
— Она никогда не репетировала эту песню.
Усы Бутча дернулись, когда он изучал свой планшет, как будто, глядя на него, можно было волшебным образом сказать, что Рейган научилась играть «Укус» на акустической гитаре.
— Черт, — сказал он. — Как ты думаешь, ты сможешь это сделать, милая? — спросил он Рейган.
Черт возьми, нет, но она кивнула.
— Я постараюсь.
— Я могу играть на акустике, — сказал Макс.
— Ты должен дать отдых своему запястью, — напомнил ему Бутч. — Мы не хотим еще одной неудачи.
— Я могу играть на акустике, — настаивал Макс.
Рейган передала гитару Максу, который с готовностью взял ее, Рейган никогда раньше не видел, чтобы Макс был чем-то так увлечен, и перекинул ремень через голову. У нее перехватило дыхание. Она так долго видела в нем только вокалиста, что забыла, как идеально и естественно выглядел этот мужчина с гитарой, прижатой к его телу.
— Я совсем не нужна, — спросила Рейган. — Не нужна?
Что в какой-то степени было облегчением. Ей не пришлось бы отвечать на неудобные вопросы, которые придумали хозяева. Однако в большей степени это вызывало беспокойство. Если бы Макс умел играть, она осталась бы без работы.
— Позволь мне спросить Сэма, — сказал Бутч, уже выходя из переполненной комнаты, чтобы найти босса.
Макс сжал плечо Рейган.
— Я научу тебя играть на ней по дороге в Атланту, — сказал он.
Это было бы здорово, если бы ей когда-нибудь пришлось исполнять акустическую версию песни в будущем, но сейчас это ей не помогло. Однако она понимала, что Макс был великодушен, предложив помощь, поэтому благодарно улыбнулась.
— Сэм говорит, что ты должна присутствовать на интервью, — сказал ей Бутч, когда поспешно вернулся.
Таким образом, она не смогла участвовать в той части, которая ей нравилась, в музыке, но была вынуждена терпеть ту часть, которую она ненавидела, пристальные вопросы. Разве это не было просто замечательно? Она взгромоздилась на последний табурет и наблюдала, как микрофон, который был расположен на уровне паха, чтобы улавливать звук ее гитары, был передвинут к Максу. Она была рада за него, рада, что он взял свой любимый инструмент и сыграл для своих поклонников. Он заслужил это. Ему это было нужно. Но для нее это была не совсем хорошая новость.
И все же Рейган отказывалась дуться. Она закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов, вспоминая, каково это было, быть на сцене гребаного Мэдисон-сквер-Гарден прошлой ночью, играть перед тысячами возбужденных фанатов, которые болели за нее так же сильно, как за всех остальные в группе. Но было ли это правдой? Разве они не аплодировали бы еще громче, если бы Макс играл для них?
Рейган выпрямилась, когда они вышли в эфир, и ди-джей заговорил в свой микрофон.
— Я Джек Брайант, и сегодня у нас в студии «Конец Исхода», и дополнительное удовольствие — Максимиллиан Ричардсон впервые играет на гитаре после неудачной операции на запястном канале в начале этого года. Ты подаешь в суд на этого доктора, не так ли?
— Этим занимается мой адвокат, — сказал Макс с горькой улыбкой.
— Этот удар должен возместить ущерб всем вашим поклонникам до последнего, — сказал Джек. — Как ты думаешь, когда ты вернешься к регулярной игре?
— Скоро, — сказал Макс.
— Он может играть на акустике, — сказал Стив. — Я думаю, мы могли бы делать все наши шоу таким образом.
— Или нет, — сказал Дар, недовольно сморщив нос.
