С неверием он уставился в зеркало, встречаясь с отражением своих собственных глаз, растерянных и напуганных. Он сошёл с ума? Скорее всего, ведь в здравом уме он не мог бы почувствовать влечения к собственному брату. И уж точно он не мог бы возбудиться от мыслей о Билле. Всё это казалось нереальным. Это ведь его близнец. Близнец.
Его сердце испуганно затрепетало. А что, если Билл знает? Что, если он слышал стоны, издаваемые Томом во сне? Стоп… Так вот почему его поведение было таким странным, когда он пришёл будить брата.
- Только не это, - простонал Том, в отчаянии закрывая лицо ладонями.
Как теперь выбраться из всего этого? Как теперь смотреть Биллу в глаза?
Судорожно вздохнув, парень включил кран и побрызгал холодной водой на покрывшееся испариной лицо.
- Если что, я просто совру, - успокаивал он себя. – Скажу, что думал об одной девушке… Билл не подумает ничего такого.
Том ещё никогда не был так напуган. Он надеялся, он почти молился о том, чтобы его план сработал. Выдохнув, парень вышел из ванной.
- Вот же чёрт, - ухмыльнулся Том, садясь рядом с Георгом, внутренне страшно довольный тем, что у него, кажется, получилось вести себя расслабленно.
- Всё нормально? – тихо спросил Билл.
- Просто отлично, - разулыбался старший. – Мне приснился такой реалистичный сон. О той группиз… Чёрт, как же её там…
- У нас дохрена группиз, - закатил глаза Георг.
- Вот сама горячая из них мне и снилась, - пожал плечами Том.
- Ясно, - не меняя выражения лица, хмуро выдохнул Билл так тихо, что только брат мог его услышать.
Том повернул голову в сторону близнеца, и его волосы на затылке встали дыбом, когда он увидел кривую ухмылку на лице брюнета.
«Пожалуйста, не догадайся ни о чём; пожалуйста, не догадайся ни о чём», - словно мантру повторял про себя старший, осознавая, что по глазам всё видно и так.
Билл видел его насквозь. Том бился об заклад: брат всё знал. Кроме того, Билл ненавидел ложь и всегда долго дулся после того, как близнец лгал даже по поводу каких-то тупых вещей.
Даже их Билл не воспринимал как пустяк. Они были вопросом честности Тома и, самое главное, вопросом доверия.
- Что случилось? – спросил брюнет, заставив брата вздрогнуть.
- Ничего. Не беспокойся – всё отлично.
- - - - -
Было уже два часа ночи, а Том всё ещё не спал, без конца ворочаясь в своей постели. Он никак не мог перестать прокручивать в своей голове кадры из того видео, он никак не мог не обращать внимания на вновь посетившую его болезненную эрекцию. Он пытался обмануть себя, представляя себе каких-то обнажённых девушек в попытке списать возбуждение именно на них, но мысли позорно возвращались к той записи, и в такие моменты прикоснуться к своему члену хотелось больше всего.
- Что со мной не так? – прошептал Том, позволяя слезе постыдно скатиться вниз по щеке. Сморщив лицо, парень заплакал, совсем как маленький ребёнок.
Он чувствовал себя бесконечно уставшим, но, несмотря на это, заснуть не мог. Возбуждение становилось невыносимым, но начать снимать его Том не решался. Он просто не мог позволить себе дрочить, думая о Билле.
Ему нужно было посмотреть эту запись снова. Ему нужно было разобраться в том, что именно он чувствует, глядя на неё. Несмотря на то, что всё происходящее угнетало его, Тому нужно было убедиться во всём и поставить точку в этом вопросе. Ему нужно было, наконец, разобраться в своих чувствах, какими бы пугающими и позорными они ни были. Ему нужно было понять, почему они с Биллом вдруг начали делать все эти вещи той злосчастной ночью.
Том встал и на цыпочках направился к койке брата. Он знал, что после съёмок во время их экскурсии по Мюнхену, Билл даже не сунул её в сумку, просто положив устройство под своё спальное место. Остановившись, парень прислушался к спокойному дыханию брата. Сердце Тома ушло в пятки, когда он увидел, как брюнет беспокойно заворочался, а его веки затрепетали.
- Что же за сон тебе снится, Билли?.. – пробормотал Том, надеясь не разбудить брата окончательно.
Том нагнулся и, медленно вытащив камеру из-под койки близнеца, поспешно направился обратно к своему спальному месту. Довольно усмехнувшись, он уселся на ворох подушек и одеял и нажал на кнопку включения. Вставив в камеру плёнку, Том нашёл нужное видео, включил его, принялся внимательно смотреть в попытке не упустить ни одну деталь. Но с каждым стоном, издаваемым Биллом, плоть парня всё больше и больше наливалась кровью. С каждой секундой Тому всё больше и больше хотелось прикоснуться к себе. Терпеть становилось невозможно. Он оттянул резинку пижамных штанов, высвобождая свой член и зашипев от его контакта с холодным воздухом.
