В доме не работала никакая техника – ни проектор, ни комбайн, не было даже музыки. Это показалось Ольге очень необычным, потому что в Колиной квартире постоянно стоял непрекращающийся весёлый шум. В этот раз тишину практически ничего не нарушало. Ольга разулась и тихонько прошла по коридору в зал, стараясь сохранить этот звуковой дефицит: так бывает – в тишине любой шорох, любой скрип воспринимается громче, и люди стараются не нарушать покой.
Колины родители сидели на диване: Ирина Львовна прижимала ладони к лицу, а Кирилл Романович обнимал её, при этом смотря в пустоту. Когда они заметили Ольгу, мать убрала руки, и тогда девушка увидела заплаканное лицо женщины. Тушь растеклась по щекам, а часть черной субстанции осталась на пальцах.
- Привет, Олечка…
Веки Кирилла Романовича припухли и на белках глаз проступили красные трещинки, будто он плакал совсем недавно, а начинавшие седеть волосы были взъерошены. Неожиданная мысль спичкой вспыхнула в Олиной голове, но девушка тут же подавила её, даже не успев осознать. Она подбежала к родителям своего парня, села рядом с матерью и тоже приобняла.
- Что-то случилось? Что-то плохое?
Они не ответили. Лишь отец посмотрел на неё, и слёзы покатились из его глаз.
- Бабушка? С ней беда?
О таком не принято говорить, но в тот момент Олю успокоила бы печальная весть о престарелом родственнике своего возлюбленного. Нет, ей было бы грустно, даже больно – она любила бабу Галю и очень уважала, - но к такому она была готова. Не готова она была к иным трагедиям.
- Что вы молчите? – Её голос начал дрожать. – Скажите уже, что не так.
Кирилл Романович набрал в лёгкие воздуха, словно приготовился говорить, но вместо этого его подбородок задрожал.
- Что-то с Колей?! Его ранили?!
Девушка желала, чтобы его только ранили. Она молила об этом, хоть никогда и не верила в бога.
- Олечка…
Ирина Львовна начала говорить, но голос её сорвался, и она зарыдала. Ольга отодвинулась от женщины, затем встала с дивана.
- Что? Что «Олечка»?! – Девушка сорвалась на крик. – Что с моим Колей!?
Отец посмотрел на девушку сына и тоже заплакал, но собрал силы и постарался закончить фразу за женой.
- Коли больше нет.
Голова девушки вмиг совершенно лишилась любых адекватных мыслей.
- Ну, ну как «нет»? – Девушка попыталась улыбнуться, убеждая себя в том, что это какая-то идиотская шутка, и голос её приобрёл истерические нотки. – Как это «нет»?
Отец поднялся и попытался обнять девушку, но та его оттолкнула. Её подсознание билось в попытках вычленить несостыковки, и бредовые идеи с вопросами смешивались в хаотичный вихрь: «может, и правда шутка? он же такой молодой и здоровый. ну конечно его нет, он же на ОБД! я так его люблю. Анис. это какая-то ошибка, точно, дезинформация! а как я без него? Коля. может, я не так расслышала? Анис». Голос извне остановил этот поток бессвязных дум.
- Его рота была подбита со спутника. Никто не выжил…
Девушка закричала. Солёная жидкость ручейками хлынула из карих глаз. За несколько минут весь её внутренний мир перевернулся, и крик был единственным способом выпустить наружу внезапную боль. Воздуха не хватало, она пыталась рыдать, но не могла даже вдохнуть, поэтому опустилась на пол, издавая сдавленные звуки, похожие на стоны умирающего. Когда родители погибшего возлюбленного принялись приводить её в чувства, она уже начала терять сознание.
Ожившее дерево сбило навку с ног, а после раздавило её тело огромными ветвями. Гигантская капля упала на землю, и вода разлилась в разные стороны, дав возможность девушке вздохнуть. Сильные руки подхватили её и поставили на ноги, а затем потянули в лес. Она не сразу поняла, что происходит, но постепенно сознание пришло в норму, а образы прошлого рассеялись. Окровавленный стрелец тащил её за собой в чащу, а за ними бежала целая толпа нечисти всех мастей. Витязь возглавлял эту небольшую армию, но молота у него уже не было.
«
Зависнув сознанием между прошлым и настоящим, Ольга повиновалась. Щепы дупличей пролетали над ними, гигантские капли разливались рядом, по ветвями прыгали ауки и русалки, но двое людей не переставали бежать, пока путь им не преградил берег лесного озера. Дальше идти было некуда. Противники приближались, а вода озера начала вздыматься жидким холмом. Через стекающие потоки проступила зеленоватая плоть, а после открылась гигантская зубастая пасть. Водяной выбрался из своего убежища.
Людей со всех сторон окружила нечистая сила. Стрелец взял на себя босса, заваливая его стрелами и не давая атаковать, а поляница, прижавшаяся к нему спиной, разила мобов поменьше и не давала им приближаться на близкое расстояние. Два злыдня проскользнули мимо метающегося из стороны в сторону копья, и Ольга переключилась на них, успев бросить перед собой ампулу Жидкого огня.