Как-будто сейчас передо мной сидит совершенно другой Генри. Его глаза темны, но все так же сияют, только не добром и светом, а разочарованием, болью и злостью. По телу пробегают мурашки и я на секунду забываю про то, куда мы едим.
-Генри, -недовольно, но в тот же момент испуганно произношу я, -Прошу тебя не молчи, ведь, это не ты сейчас, не ты
Он выдыхает.
-Прости, -его глаза постепенно светлеют и я сразу же расслабляюсь
Я выдыхаю, но не от облегчения.
-Неужели ты и вправду так думаешь? -произношу я, переведя взгляд на ночные улицы
-Я не знаю, что я думаю, Лефевр, не знаю, -повторяет он, нажимая на газ, -Но я точно знаю, что для меня важно, что думаешь ты
-Ты знаешь все, что я думаю, знаешь, но отвергаешь, потому что боишься признать. Ты знаешь все, что я думаю, но ты боишься, что в конечном итоге это все тебе повернется огромной слабостью, кода ты привык все это прятать, как привычку, как стиль жизни
Он пожимает плечами, когда я думаю, что слезы снова подступают.
-Прости, Лефевр, я просто на секунду задумался об Анне и подумал, чтобы было со всеми не будь меня рядом с тобой, но будь ты рядом со всеми
-Ты думаешь я бы смогла изменить ее беременность? Ты серьезно?
-Была бы она вообще беременна будь ты рядом?
Я выдыхаю, поняв смысл всех его слов.
-Но ты не принес ей несчастье, только если я
-Это замкнутый круг, Леф, тут есть только один виновный
-Кто же?
-Тот кто все начал
Я замечаю, что мы въезжаем в Париж, но в первый раз мне это совершенно не важно.
-Не говри, что и в этой ситуации с Анной ты собираешься винить себя?
Он молчит.
-Но это же по меньшей мере глупо, -моя спина касается кресла машины
Опять молчит, лишь смотрит долю секунды на меня, а затем опять на дорогу.
-Я уверен, что ты когда-нибудь за все это время беременности Анны задумывалась о том, как бы вес обернулось быть ты рядом
-Да, но это было в другом ключе, с другой мыслью, с другим подтекстом
Он выдыхает.
-Генри, не глупи, прошу, ведь мы вместе, а это самое прекрасное, что может вообще произойти в мире, на свете
-А если все обернется не так как хочется, что тогда?
-Тогда я все равно буду рядом
-Грустная Аврора, которая будет винить себя из-за Генри Дюкре
По телу пробегают мурашки.
-Для начала все будет отлично, а потом я даже не хочу об этом думать, да даже если что-то будет, я не за что не буду винить тебя, ведь не ты одарил ее таким счастьем, -я усмехаюсь, нервное
-Это не смешно
-Это нервное
Я выдыхаю.
-Послушай, я не хочу ругаться, особенно здесь и сейчас
-Мы и не ругаемся, мы обсуждаем свои мысли, -он говорит это серьезно?
-Какие нафиг мысли, если в них не особенного смыла
Опять молчит.
-Генри, переставай винить себя за все, ведь если что в всемирном потопе ты не был виноват и в комете, и в тысячу других вещей, -продолжаю я, -Тебе важно знать мое мнение?
-Как и твои мысли
-Так вот, будь ты виновен в тысячу бед, для меня самое важное то, что ты делаешь со мной и я с тобой, а ты меня делаешь самым счастливыми независимым человеком на земле, и я больше не хочу продолжать этот разговор, ведь, он на столько полон ненужными мыслями, что и продолжать не надо
Генри резко жмет на тормоз, когда мы останавливаемся на светофоре напротив башни.
-Ты это серьезно? -вдруг произносит он так тихо, чтобы даже я не услышала
-Да, -киваю я, -Более чем
Он с облегчением выдыхает, одарив меня легкой улыбкой, прежде чем опять жмет на газ, отправляя нас в путешествие по ночному Парижу.
***
Капли бьют по машинному стеклу, когда Генри открывает мне дверь, чтобы я прямиком вышла из машины на крыльцо больницы.
-Спасибо, -холодно произношу я, выходя из машины
Он разочарованно выдыхает, а затем я слышу громкий писк его машины, которая оповещает нас, что она закрылась.
Я так хочу сказать ему многое, например, то что он может ехать домой, ведь я так сильно зла на него в данный момент после этого разговора в машине. Я хочу развернуться и быстро убежать от него, ведь почему-то сейчас мне жутко больно от его слов, потому что как не трудись, этот человек все равно не изменит свои взгляды на жизнь где-то там в глубине своей души. Но к сожалению у меня нет сил для того, чтобы говорить что-то, кричать на него и выяснять отношения с ним, так что вместо того, чтобы вымолвить слово, я просто послушно шагаю за ним в больницу.
Мы идем по длинному темному коридору холодной больницы. Странно, но мне нравиться запах больницы, это более чем странно, не так ли?
Двери палат все еще закрыты, ведь на часах ровно пол четыре, а это значит, что и солнце еще не успело зайти, что уж тут говорить о пациентах в этой больнице.
Генри постоянно озабоченно поворачивается, пока мы продолжаем идти по этому длинному коридору к дежурному врачу, который обычно находится в центре больничного зала на диване рядом со стойкой.
-Доброго утра, -произносит Генри, пожимая руку достаточно приятному зеленоглазому мужчине, -Мой отец закончил с операцией? -произносит он, затем переведя взгляд на меня
-Нет, но по моим расчетам, Генри, осталось около десяти минут, -мужчина внимательно глядит на свои серебристые часы
Я улыбаюсь, когда он переводит взгляд на меня.
