— Не хотел обидеть, — пожал я плечами. — Лучше проясни ситуацию. Что с волком? Я немного не рассчитал, и он навернулся с неба.
— Хо-хо-хо! — зафыркал особо громко Аппа. — Навернулся! Это было воистину ле-ген-дар-но! — растянул он последнее слово.
— Волк плох, — ответила женщина, смерив меня взглядом. — Иди за мной. Покажу дело рук твоих.
— Сначала туалет покажите, — напомнил я.
Женщина смерила меня взглядом, но в туалет меня всё же провели. А там и по делу пошли.
Надо сказать, что на меня с любопытством поглядывали. Как на диковинку. Пока общались с этой милой женщиной, кажется, народ со всей деревни собрался. Точно не скажу, но человек семьдесят набежало. Половина из них — дети всех возрастов. Девушек ещё штук двадцать. Симпатичные среди них тоже были… Но это я куда-то не туда подумал.
Никто близко не подходил, можно сказать, прятались за деревьями. Кто-то — на деревьях. Одно раскидистое дерево так и вовсе с десяток малышей облепили. На высоте были перекинуты канатные мостики — там тоже народ нас взглядами провожал.
А деревня-то просторная. Увидел я пару колодцев, торчащих из земли. Десятки домов. Какие-то здания побольше и помассивнее. Тропы нахоженные. Сады… В смысле растительности, не лесной, по пути полно встретили. Цветы всякие, побеги, ягоды и черт знает, что ещё. Огороды вокруг домов тоже виднелись.
Шли минут десять, в горочку. Поднялись на холм, добрались до очередной поляны. Я как зашёл на неё, так мурашки по коже побежали. Непростое это место, ох непростое. В центре поляны была вытоптанная земля. На ней волк лежал. Ну… Какой-то зверь, с подпаленной шкурой, тяжело дышащий, худой и болезненный, размером с дохлую лошадь.
— Он жив ещё? — оглядел я это… этого… волчару побитого.
— Жив-жив, — Аппа навернул вокруг волка круг и уселся на траву.
— Гэцу истощен, — сказала женщина. — А кто-то его ещё скинул с небес и ударил молниями!
— Кто же это мог быть? — притворно удивился я. — Может, тот единственный чужак, который, рискуя жизнью, спас вашего духа? — кивнул я на волка. — Я в той долине три месяца провёл, готовясь. И что-то никого, кто бы его спасти хотел, не заметил. Так, может, всем плевать на волка-то, а, Аппа?
Женщина опять ругаться на своём языке начала. Не в мою сторону. К Аппе обратилась. Тот послушал, послушал, голову набок наклонив, а потом что-то изменилось. Опять меня на секунду накрыло то ощущение, что Аппа — куда больше и мощнее, чем выглядит.
Целительница мигом заткнулась.
— Не надо ссориться, — сказал Аппа.
Наваждение мигом ушло, он опять был «забавным зверьком».
— Наш беловолосый парень сделал то, что никто не смог. Так какой он теперь чужак? Герой! Вот и отнесись к нему, как к герою, Хана! Накорми мужчину! Или забыла, что такое гостеприимство?
— Твоя забота очень мила, Аппа, — вмешался я. — Но давай к делу. Что с волком? Ты говорил, он может найти кого угодно. Сомневаюсь, что он способен на это в таком состоянии.
— Гэцу истощен, — сказала женщина спокойно, смерив меня взглядом. — Ему нужно вернуться в мир духов, чтобы восстановить силы.
— Так в чем проблема? — спросил я. — Давно бы его уже туда закинул, Аппа.
— Не всё так просто, хо-хо-хо, — сказал зверь. — Отнесешь его туда ты.
— Это что-то новенькое, — сложил я руки на груди.
— Ты невнимательно слушал, — ответил зверь, высунув язык. — Тот, кто достоин, должен пройти испытание. Считай, ты с ним справился. Трудно придумать что-то сложнее, чем уничтожение темницы. Обычно избранного отправляют убить демона… С чем ты тоже справился, хо-хо-хо, — опять начал веселиться зверь. — Теперь ты должен отправиться в мир духов. Чтобы найти там того, с кем заключишь союз. Но в этом случае… — зверь прищурился. — Своего духа ты сам отнесешь на ту сторону.
— Гэцу никогда не согласится на союз, — вставила целительница.
— Пусть сами разбираются, хо-хо-хо, — зафыркал Аппа. — В крайнем случае Гэцу всегда можно ударить молнией, для сговорчивости!
— Звучит не очень конкретно, — нахмурился я.
— Не согласится Гэцу, ты сможешь найти другого духа, — ответил Аппа. — Волк тебе должен спасение жизни. Он найдет тех, кого нужно. Не только Адама.
— Адама? — удивилась женщина, и тут же её лицо потемнело. — Врага⁈
— Да, у нашего беловолосого героя к нему личные счёты, хо-хо-хо!
По округлившимся глазам Ханы я понял, что затею она считает, мягко говоря, безумной.
— Ладно, — вздохнул я. — Куда там его тащить?
— На гору Мьёбоку, — ответил Аппа.
— Да ты с ума сошёл! — опешила Хана уже в который раз.
— Там он быстрее всего восстановится, — ответил беспечно зверь.
— Мальчишку сожрут! И Гэцу сожрут! Ты сам знаешь, что творится в мире духов!
— Разберутся как-нибудь, хо-хо-хо!
— Будет тяжело? — спросил я.
— Даже сильнейшие шаманы опасаются приближаться к горе! — воскликнула Хана. — А тебя собираются отправить с едва живым волком на вершину! Это самоубийство!
— Ясно… Волк в ближайшие два дня не сдохнет? — покосился я на тяжело дышащий полутруп.
— Не должен, — посмотрел на него с сомнением Аппа.
— Я удержу в нем жизнь, — сказал Хана растерянно. — Но два дня, не больше!
