Но раздавшаяся снаружи канонада из выстрелов, вскриков, слышимых даже отсюда и отчаянных воплей загнанных людей мгновенно вернула меня в реальность заставило забыть о столь желанном покои получасовом сне. Шипя себя под нос проклятья, я умудрился-таки встать и более-менее сносно пошёл, опираясь одной рукой на стену.
Мысли мои были заполнены полнейшим сумбуром.
Лелуш... Сегодня я встретил его в первый раз за столько лет. И, к сожалению, воссоединение старых друзей прошло столь же отвратительно, как их прощание. И даже если бы я захотел, я не смог бы забыть твои последние слова. Не раз и не два я размышлял над ними, не раз находил доказательства твоей правоты, но тут же сам для себя опровергал их. Мне хотелось поговорить тогда о столь многом... Но в итоге я лишь понуро молчал, сидя на бетонной арматуре, на последок лишь поцеловав грустную Наналли в лоб.
Но сейчас.. Я даже на знаю о чём думать. "Капсула с газом", что оказалось какой-то таинственной пленницей. Повстанцы и твоя вероятная связь с ними. "Ты действительно сказал мне тогда правду, или ты всё же решился пойти наиболее кратким путём?" - хотел я тебя спросить.
Сегодня я пытался спасти тебя, Лелуш. Мне было плевать на цену, даже если бы ей стало моя собственная жизнь... так, пожалуй было бы даже справедливо. Я совершил в своей жизни много того, о чём жалею, но не могу изменить. Да и... изменил бы я что-то, оказавшись там, в тот роковой вечер, что уже выветрился из моей памяти, будто его и не было?
У тебя есть Наналли... У тебя есть то, ради чего ты живешь. Твоя жизнь всяко дороже моей.
Мирное население, само продлевающее конфликт и даже не старающееся попытаться действовать в рамках закона. Мой народ притесняют. Над ним насмехаются. Его презирают. Я могу их понять и не виню... Но как же я устал.
Выстрел полковника попал мне в часы отца, что я всегда носил в набедренной сумке. Да, старые механические часы, которые я держал за пазухой и которые, можно сказать, были дороги мне как память. Чтобы я не никогда не забывал своего поступка. Не гордился им, но понимал необходимость.
Сегодня они мне спасли жизнь. Не думал, что полковник решиться выстрелить. Быть может, я был слишком наивен, но когда сильный толчок в спину заставил меня упасть на пол, я был скорее растерян. Одновременно с этим, услышав звук выстрела, дошедший до моего сознания явно позднее, чем нужно. Но, к счастью, порой даже у меня начинает работать серое вещество на уровне выше среднего. Было больно, но я оставался в полном сознании и боли не чувствовал. Понятно, что присутствовал эффект болевого шока, но мне это было только на руку. Присутствовало чёткое осознание, что если я сейчас подам признак своей хоть малейшей работоспособности, от контрольного выстрела в голову меня не спасёт ничто. Следующая пришедшая на ум мысль была весьма разумной, но входила в резонанс с недавним настроем и чётко отдавала эгоизмом.
"
Распахнув глаза и тут же зажмурив их от резкой боли, я постарался дёрнуться и... Тут же выгнулся дугой от боли. Закричать в полную силу мне не дала воля и осознание того, что солдаты Британии всё ещё здесь.
С горем-пополам поднявшись тогда и обнаружив на месте грузовика пожарище, я предпочёл как можно скорее ретироваться в ближайший госпиталь.
Отлипнув от стены и прекратив предаваться воспоминаниям, я уже более уверенным шагам зашагал в казармы.
Одного кубика морфия мне вполне хватит, для возврата в зону боевых действий.
***
Около британского Передвижного Штаба Центрального Управления
Хоть в гетто и шли полномасштабные бои, в Центральном Штабе, для такой ситуации, было на редкость спокойно. Быть может, причиной была в том, что все истерящие генералы и Его Высочество Кловис были заняты делами Первостепенной Важности в очевидном Отдалении от остальных. А быть может, этому способствовала плотное охранное кольцо из мехорв и пехоты. Ведь помимо штаба, тут находились передвижные госпитали и прочие вспомогательные подразделения, без которых любое наступление, да и оборона, невозможна.
Чуть поодаль от всех стоял одинокий трейлер, внутри которого стояло нечто воистину громадное, но каким-то чудом, прикрытое тканью. Нечастые порывы ветра приподнимали ткань, в связи с чем можно было увидеть часть металлической "руки" или "ноги". На ум сразу же приходило определение "мехр".