Получил цифры немедленно. Терновский недовольно шевельнулся на своем стуле, ему отчаянно не хотелось, чтобы кто-то проникал в настолько интимную сферу его девушки. Но он прекрасно знал о способностях Бояринова и вмешиваться не стал. Телефон у Ники практически пустой, ничего интересного, подписки в основном про цветы, контактов наберется едва ли двадцать и в основном тоже связаны с ее маленьким бизнесом. Фотографий почти нет, что необычно для молодой девушки в современном мире. Максим продолжал рыться, по наитию добрался до черного списка и нашел там ровно четыре номера, подошел к Льву и показал ему экран.
— Знакомые абоненты?
Лев нахмурился, достал свой аппарат, начал вбивать цифры, но таких у него не записано.
— Мошенников, наверное, внесла, — предположил он самое очевидное.
— У нее тариф без защиты? Почему тогда так мало? — отказывался идти легким путем Бояринов.
— С защитой, — все больше мрачнел Терновский.
Максим отошел от него и поделился находкой с полковником. Номера оказались от одного оператора и в представительство отправили очередного оперативника, он договорится на детализации без решения суда, что, строго говоря, незаконно, но не невозможно. Бояринов не желал ждать, связался еще с одним своим знакомцем, детализацию в срочном порядке он ему не добудет, зато выдал владельцев номеров в течении трех минут. Два из них принадлежали Аркадию Тимофееву, третий его однофамилице, четвертый корпоративный. Поблагодарив за услугу Максим крутанулся в центре комнаты, передал данные своим правоохранительным друзьям и вышел в коридор. Почуяв неладное, Терновский вышел следом за ним. Время послеобеденное, в коридоре царит тишина, тем более они на обособленной территории, под отдельным замком. Максим быстро отыскал фирму по сети, кликнул на первый попавшийся номер.
— Здравствуйте, а можно Тимофеева услышать. Понимаю. Подскажите как лучше связаться?
Ворча, нелюбезная отвечающая девушка, соединила по внутреннему номеру.
— Тимофеева, — повторил Максим, говорил он совсем в другом тоне, чем обычно и ему удавалось продвигаться. — В отпуске? Как жаль. Нет, я его подожду. Подскажите когда перезвонить?
Посокрушавшись вслух для вида, Максим отключился, задумчиво приложив смартфон к щеке, сфокусировал взгляд на Терновском.
— В отпуске он, — словно тайну открыл, таинственно произнес Льву. — Москвич.
В кабинете из базы уже распечатывали плохонькую паспортную фотографию и остальные данные. На него записано две машины, но не та, что назвала Ольга. Фотографию предъявили всем. Терновский отрицательно мотнул головой, Бояринов проявил любопытство, Ольга ничего конкретного сказать не могла, слишком коротко видела и снимок ужасного качества. Очень сильно нужна детализация, оперативник никак не связывался с начальником. Отыскали хозяина машины, заявил, что продал буквально пару дней назад, перерегистрировать не успел, а, скорее всего, вовсе не собирался, оставляя бумажную мороку новому владельцу, в экземпляре договора купли-продажи данные того же Аркадия. К ни го ед . нет
Добыли детализацию и выдвинулись за город. К тому времени к зданию полиции подтянулась охрана Терновского и Бояринова, ехали не колонной, рассредоточились по дороге, кто раньше, кто позже. Оставив при себе телефон Аркадий сильно рисковал и предохраняя себя, никуда не звонил по нему. Он позабыл или не знал, что смартфон самовольно обновляет приложения время от времени и каждый выход в сеть отбивается по станциям. Глупо было выезжать в пригородный поселок, в густонаселенном городе его бы неделю искали, но случайно попасться легче.
Детализация дает радиус, а не точку. В поселке всего одна камера на центральном перекрестке, машина Аркадия мелькнула на ней. Они близко. Полицейские и охрана рассредоточились по маленькому населенному пункту в разные стороны, высматривая автомобиль. Максим и Лев участвовали наравне со всеми, время близилось к вечеру и градус напряжения повышался ежеминутно.
Бояринов привалился к очередной калитке, нагло заглядывая во двор. Из будки вылетела цепная собака, отчаянно его матеря на своем родном языке, старалась пасть пошире открывать и подбирала губы, чтобы все зубы разглядел. Максим на возмущения животного плевать хотел с колокольни. Из дома выглянула женщина и юркнула обратно, через несколько минут неохотно вывалился мужик средних лет, в трениках и тельняшке на голое тело. Мог себе позволить, он у себя дома, на улице лето.
— Че надо? Вали отсюда, — не дожидаясь ответа на риторический вопрос, с ходу вступил в конфронтацию житель дома.
— Не груби, — незлобиво оборвал его Максим. — В вас тут дом с банькой где можно снять?
— Лето, — как глупому объяснил мужик. — Снято все до самого сентября, нашли когда искать. Разве у Михалыча, но он втридорога возьмет и дом у него так себе.
— Прямо совсем развалюха? — обрадовался Бояринов. — А где?
— Михалыч через три дома живет, — мужик махнул рукой влево.
— Дом где? — запросил другое направление Бояринов. — Вдруг не подойдет, мы сначала снаружи посмотрим.
