( Она танцует, двигаясь рывками, не переставая затягиваться сигаретой. )
ВАЙОЛЕТ. А Барбара что делает? Барбара здесь?
ШЕРИФ ГИЛБО. Она наверху.
ВАЙОЛЕТ. Барбара? ( Говорит невнятно. ) Паччччему так дооолго… время… Сколько времени?
ШЕРИФ ГИЛБО. Без четверти шесть.ВАЙОЛЕТ ( зовет ). Барбраааа! Барбраааа!
( Барбара, Билл, Джин и Джонна одновременно появляются из разных частей дома. Вайолет видит их и продолжает свой угловатый танец. )
( Говорит очень невнятно. ) Такой хороший… ритм, да? Для тааанцев. Ммм, обожаю… музыку… Сигаретка от шерифа… Он же сын Си Джея. Верно? А, ведь вы оба… школа? Нет? У меня в голове все… пууутается… Конец… потерялся. Потерялся? С того дня… Сколько дней… И Бэ-эрли… Беверли потерялся?
( Вайолет перестает танцевать и начинает перебирать руками в воздухе, словно раздвигает невидимые нити. Остальные стоят, глядя на нее как завороженные. )
И вот вы здесь. И Барбара тоже, и вот вы здесь, и Беверли, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь, и вот вы здесь…
( Свет гаснет. )
Акт 2
...
Дом выглядит преобразившимся, очевидно усилиями Джонны. Ушло ощущение уныния и заброшенности, все поверхности сияют чистотой, проступили четкие, ясные очертания.
В кабинете прибрано. Бумаги сложены в аккуратные стопки, книги расставлены по полкам. В столовой накрыт стол, на нем дорогой фарфор, свечи, в центре – цветы. В углу столовой – детский стол, накрытый на двоих. В уютной чистой кухне все кипит и шкворчит, распространяя соблазнительные ароматы.
При поднятии занавеса. Три часа пополудни. Бесконечно тянущийся летний день в Оклахоме. Только что похоронили Беверли Уэстона.
Вайолет – в относительно здравом уме – в красивом современном черном платье стоит посреди кабинета Беверли с флакончиком таблеток в руке.
В остальных частях дома: Карен и Барбара в столовой, Джонна на кухне.
ВАЙОЛЕТ. Август… твой месяц. Неистовствует саранча. «Летние псалмы превращаются в летнюю ярость» … [4] Просто это август за окном… А может, и здесь тоже?.. Кто знает?
Ну и пусть… ладно. « Ее бы я не стала ждать, но Смерть меня ждала. Мы вместе сели в экипаж – я, Вечность и Она »… [5] что-то там: тата-тата-тата-тата… Да, пожалуй, кроме Эмили Дикинсон, я ничего и не помню… Как там дальше? «…открывший мне, что экипаж в Бессмертие везет »… [6]
( Принимает таблетку. )
Это – за мое здоровье. Мое здоровье!
( Берет экземпляр книги Беверли «Полевой жаворонок» в твердой обложке и перелистывает, пока не находит посвящение .)
«Посвящается моей Вайолет». Это надо высечь в мраморе.
( Бросает книгу на письменный стол. Принимает таблетку. )
А это – за здоровье девочек, дай Бог им счастья. Это все, что я могу тебе посвятить. Увы! Больше у меня ничего нет – ни-че-го-шень-ки. Думаешь, я буду тебя оплакивать? Думаешь, стану играть и эту роль, как мы играли все остальные?
( Принимает таблетку. )Ты сделал свой выбор. И сам довел его до конца. Так что ты за это в ответе… не я. На этот раз виновата не я.
( Свет переходит на столовую. Барбара и Карен, обе в черных платьях, раскладывают на столе салфетки, по ходу дела пробуя то одну, то другую из выставленных закусок, и т. д. )
