Август: графство Осейдж полностью

( Карен неуверенно смотрит на Стива, потом на Барбару. )

БАРБАРА. Ладно.

КАРЕН. Ну, ладно.

ВАЙОЛЕТ. Вот и хорошо. Теперь вы можете взять себе что угодно из мебели и из остальной рухляди. Я ничего этого не хочу, мне ничего не нужно. Может, я аукцион устрою.

МЭТТИ ФЭЙ. Конечно, аукцион – прекрасная идея…

ВАЙОЛЕТ. Хотя кое-что здесь стоит немалых денег. Серебро, например. Но если хотите, я могу вам его продать. Дешевле, чем на аукционе.

БАРБАРА. Или, может, до аукциона у тебя руки так и не дойдут, и тогда нам все задаром достанется, когда ты умрешь.

АЙВИ. Барбара…

( Пауза. Вайолет холодно изучает Барбару. )

ВАЙОЛЕТ. Может, и так.

МАЛЫШ ЧАРЛИ. Слушай, Билл, интересно, а эти тетради, что ты нашел, – там стихи?..

ВАЙОЛЕТ. Билл, ты где сейчас живешь? Не хочешь взять буфет?

БИЛЛ. Что, простите?

ВАЙОЛЕТ. Ведь вы с Барбарой разъехались, так ведь? Или, может, уже развелись?

( Опять общее молчание. )

БИЛЛ. Да, разъехались.

ВАЙОЛЕТ ( обращаясь к Барбаре ). Ты думала, тебе удастся скрыть это от меня?

БАРБАРА. Да что с тобой происходит?!

ВАЙОЛЕТ. Никто ничего не может от меня утаить! Я знаю все ! Ваш отец думал, что сумел кое-что от меня скрыть, но не тут-то было. Очень жаль, что у вас сейчас проблемы… может, все еще и наладится. Мы с Беверли тоже пару раз расходились, только мы это по-другому называли…

БАРБАРА. Да, уж пожалуйста, поделись с нами своим опытом семейной жизни…

ВАЙОЛЕТ. Правда, моя дорогая, заключатся в том, что невозможно соперничать с более молодой женщиной. Это одна из главных несправедливостей жизни. Ведь в этом замешана молодая женщина, так ведь?

БАРБАРА. Может быть, мы уже достаточно полно осветили эту тему?

БИЛЛ. Да, в этом замешана молодая женщина.

ВАЙОЛЕТ. А-а… вот видишь? Тебе не повезло, милая.

АЙВИ. Мама считает, что женщины с возрастом становятся менее привлекательными.

КАРЕН. Ну, я не согласна, я…

ВАЙОЛЕТ. Я не сказала «становятся менее привлекательными». Я сказала – «становятся страшными». И тут дело не в точке зрения, Карен, детка. Ты уже начала это доказывать на собственном примере.

ЧАРЛИ. Однако ты сегодня в странном настроении, Вайолет.

ВАЙОЛЕТ. Такой уж сегодня выдался день, правда? А в каком настроении ты хотел бы меня видеть?

ЧАРЛИ. Не понимаю, что ты ко всем цепляешься.

ВАЙОЛЕТ. Я просто говорю правду. ( Пристально смотрит на Барбару. ) Некоторые люди совершенно не выносят правды.

ЧАРЛИ. Все же любят тебя, дорогая.

ВАЙОЛЕТ. Ты думаешь, ты сможешь пристыдить меня, Чарли? И думать забудь!

БАРБАРА. Три дня назад… мне пришлось опознавать тело моего отца. А теперь ты здесь сидишь и злобно нападаешь на каждого члена семьи…

( Вайолет встает, говорит очень громко. )

ВАЙОЛЕТ. Нападаю на мою семью?! За всю твою никчемную, тепличную жизнь на тебя хоть раз нападали?! Расскажи ей, Мэтти Фэй, что значит «нападать».

МЭТТИ ФЭЙ. Вай, ну пожалуйста…

АЙВИ. Успокойся, мама…

ВАЙОЛЕТ. Перестаньте говорить, чтобы я успокоилась, черт бы вас побрал! Я, слава богу, не инвалид и не собираюсь это терпеть! Я вам не позволю затыкать мне рот!

МЭТТИ ФЭЙ. Дорогая…

ВАЙОЛЕТ ( указывая на Мэтти Фэй ). Вот эта женщина пришла мне на помощь, когда один из милейших друзей моей матери пытался на меня напасть – с гвоздодером в руках! У нее на черепе даже отметина осталась! И ты говоришь, я на вас нападаю? Что вы знаете о жизни на этих Равнинах? Что вам вообще известно о жизненных трудностях?

БАРБАРА. Я знаю, мама, что в детстве тебе пришлось нелегко. А у кого оно было счастливым?

ВАЙОЛЕТ. Ты НИЧЕГО не знаешь! НЕ ЗНАЕШЬ! Никто не знает, кроме вот этой женщины, да еще того мужчины, которого мы сегодня похоронили. Барбара, дорогая моя девочка, у меня сердце разрывается каждый раз, когда тебе больно! Как бы мне хотелось оградить тебя от боли. Но если ты думаешь, что можешь себе представить хоть сотую долю того, через что пришлось пройти твоему отцу, ты сильно ошибаешься. Ты знаешь, где он жил с четырех до десяти лет? Знаешь?

( Никто не отвечает. )

БАРБАРА. Нет.

ВАЙОЛЕТ. В «понтиаке-седан». С матерью и отцом – в машине! Может, ты хочешь еще что-то сказать о своем несчастливом детстве? В молодости нам жилось слишком тяжело, а потом мы поднялись слишком высоко – в этом-то вся проблема. Мы все принесли в жертву… ради вас. Мы с вашим отцом первыми из наших семей окончили школу. Потом он сумел стать почитаемым поэтом. А вы все получили университетское образование, принимая это как должное, – и чего вы добились в жизни? ( Тычет пальцем в Карен. ) Ты? ( Тычет пальцем в Айви. ) Ты? ( Тычет пальцем в Барбару. ) Или ты? Да если бы вы работали так же тяжело, как мы, вы бы все давно стали президентами! У вас же никогда не было настоящих проблем в жизни, поэтому вам приходится их выдумывать.

БАРБАРА. Почему ты кричишь на нас?