Слова «пвошника» меня озадачили. Попросил его рассказать поподробнее. Оказывается, вся аппаратура, которая стоит здесь для обнаружения маловысотных целей со стороны Средиземного моря западного производства. Локация отечественного производителя и вовсе сейчас выключена.
— Родин, подойдите сюда, — позвал меня Ждунов.
Генерал представил меня командованию и попросил рассказать о сегодняшнем налёте американцев. Секретов тут не было, ведь мы выполняли задачу в их интересах.
Рассказал я изначально о том, как атаковали американцы, с каких направлений и приблизительно на каких высотах. Обозначил я и проблему взаимодействия с эшелонированной системой ПВО. Но это всё не интересовало ливийских офицеров.
— Да, да. ПВО мы обсудим потом. Сколько было сбито американцев?
— Я не могу назвать точное число.
— Хотя бы примерное. Где именно сбили, и кто это сделал из наших лётчиков.
Странные ребята! Ночью же не видно.
В общем, их интересуют только потери американцев, а вот недостатки в организации ПВО даже не обсуждают.
Ливийцы будто уверовали в свою победу. Можно было понять, что они сейчас составляют доклад Каддафи о произошедшем налёте. Ждунов стоял и расстроено качал головой.
— Что декларируют? — спросил я у генерала.
— По их данным можно сказать, что они уничтожили всю авиацию 6го флота. И даже корабли обстреляли.
— Пропаганда, — ответил я.
— Не-а. Другое неодушевлённое существительное на букву «П». Запомни, Родин, не так страшны последствия ошибок, как последствия вранья.
Хорошая фраза. Стоит занести в свой фонд цитат.
В зал боевого управления вошёл Бурченко. Он не был удивлён, увидев меня здесь. Даже подошёл и поздоровался.
— Хорошо спалось? — спросил Андрей Викторович.
— Не помню. Спал же, — ответил я.
— Любите вы дерзить. Ночной выпад вам не сойдёт с рук.
— Угрожаете?
— Ни в коем случае. Есть новая задача для вас. Вертолёт нас ждёт. Все инструкции получите уже на корабле.
Опять? Надоели уже эти игры со стороны комитетчика.
— Андрей Викторович, вы нас не путаете с частной военной компанией? Какая ещё задача может быть в районе, где шли боевые действия несколько часов назад?
Бурченко фыркнул и хлопнул себя по лбу.
— Это невоенная задача. К нам гости собираются на корабль. Будете показывать пилотаж.
— И что за гости?
Задерживаться на берегу мы не собирались. Перед вылетом, Ждунов нам объяснил, что после удара по Ливии нескольким кораблям 5й оперативной эскадры было предписано войти в залив Сидра. Тем самым обозначалось наше присутствие на самом переднем крае обороны Ливии.
Сев в вертолёты и синхронно взлетев со стоянки в аэропорту Триполи, мы взяли курс в сторону залива. Авианесущий крейсер «Леонид Брежнев» должен был находиться сейчас в так называемой «точке 3» у берегов Туниса.
В грузовой кабине Ка-27 было шумно. Трясло не сильно, но вертолёт постоянно смещался то влево, то вправо. Восходящие потоки не давали морскому винтокрылому спокойно держать высоту.
Обратный маршрут на корабль проходил в напряжённой обстановке. Бурченко молчал, читая местную газету. На первой полосе, естественно, фото Каддафи.
Белоснежная улыбка, сдвинутая набок чёрная пилотка с гербом Ливии, а вокруг дети. Такой портрет лидера страны рисовали местные СМИ. Много чего плохого говорили про Муаммара Каддафи или, как его прозвали наши специалисты в Ливии, «Мухомор». Лично с ним не общался, поэтому выводов сделать не могу.
— Засмотрелись? — нарушил молчание Бурченко, указывая на фото ливийского лидера.
— Он не так плох, как о нём думают, верно? — спросил я.
— Трудно сказать. Нам с ним ещё работать. Для своей страны он делает всё. Страна была отсталой, а сейчас имеет едва ли не самую большую армию в Африке. А денежное состояние? Зарплата рядового в армии Ливии 230 динаров, а наш полковник в этой же стране получает 70.
— Я сомневаюсь, что за нашего специалиста Ливия ничего не платит Советскому Союзу.
— Платят валютой, но это не тема для нашего разговора, — сменил тему Бурченко.
Лучше бы он объяснил, зачем нужна была эта подстава с приказом. Хотя, сомневаюсь в его чистосердечном признании.
Несколько минут спустя, Андрей Викторович свернул газету и подсел рядом.
— Вы даже не спросите о новом задании?
— Нет. Зачем? В очередной раз проверить крепость наших… нервов? Они у нас крепкие, — ответил я.
— Будет вам, Родин! Вы решили, что я вас подставлю? Вы собьёте кого-то из американцев. В Москве я расскажу о ваших действиях и сделаю вид, что вы действовали самостоятельно. Так вы думали?
Сам же всё рассказал. И сомнений в том, чтобы он вот так и поступил бы, у меня нет.
— Я своих не бросаю, Сергей. И в обиду не дам, — похлопал он меня по плечу и протянул руку.
И он думает, я поверил в такие «высокие» слова?! Руку пожму, но не более того.
— Я вам всё сказал, Андрей Викторович. Ни пилотаж, ни разведок, ни демонстративных действий.
— Значит, вы отказываетесь выполнить письменное указание из Москвы? — ехидно улыбнулся Бурченко.
Похоже, оно есть, но удостовериться по прилёту нужно. Какие могут быть гости на корабле? В любую минуту 6й флот снова нанесёт удар по Джамахирии.
