Тернистый тысячемильный путь от фермерской хижины на окраине цивилизации до Белого дома Авраам Линкольн — дровосек, плотогон, почтовый служащий, юрист, конгрессмен — прошёл за полвека благодаря таланту, предприимчивости, тяге к самосовершенствованию. Линкольн не был любимцем судьбы: прогорал в бизнесе и годами выплачивал непомерные долги, лишился матери, сестры, возлюбленной и двоих сыновей. Его отодвигали локтями коллеги-адвокаты, оставляли без места в Конгрессе и сенате политические оппоненты и даже товарищи по партии: его обзывали то безбожником, то «рабовладельческой ищейкой», то кровожадным тираном. За время его президентства страна жила в мире лишь чуть больше месяца. Наконец, он погиб накануне победного завершения Гражданской войны, открыв собой список убитых президентов США. Однако именно он провёл страну через страшные испытания, спас её от развала и доказал, что избирательные бюллетени сильнее штыков; добился отмены рабовладения и произнёс речь, которую знают наизусть все американские школьники, — о том, что «власть из народа, для народа и посредством народа» не может исчезнуть.
Знак информационной продукции 16+
© Олейников Д. И., 2016 © Издательство АО «Молодая гвардия», художественное оформление, 2016
В Новом Хингеме было столько Линкольнов, что их различали по прозвищам: Томас Линкольн-медник, Томас Линкольн-ткач, Томас Линкольн-мельник, Дэниел Линкольн-землепашец, Сэмюэл Линкольн — ученик ткача…
В Новом Хингеме в 15 милях[1] к югу от Бостона, ныне штат Массачусетс, в середине XVII века было столько Линкольнов, что два с лишним века спустя 16-й президент США мог только гадать, кто же из них был его предком. Всех их принесло на континент «великое переселение»: с 1630 по 1640 год из Англии бежало 13 тысяч пуритан на двух сотнях кораблей. Они пересекли Атлантику в поисках земли обетованной, в надежде построить на свободных землях идеальный «град на холме». С тех давних времён у Линкольнов сохранилась традиция давать детям ветхозаветные имена: Сэмюэл (Самуил), Соломон, Левий, Енох, Мордекай, Сара… Авраам.
Начиная с того переселения, наследственной чертой Линкольнов стала непреходящая тяга к перемене мест. Первые ростки колоний укоренялись на побережье Атлантического океана, потом прорастали вглубь континента, к голубым хребтам Аппалачей. Прилив цивилизации понёс за собой и Линкольнов. Сын Сэмюэла (ученика ткача) Мордекай покинул Новый Хингем и поселился на первой сухопутной границе колонии. Он установил на Пограничном ручье мельницу и лесопилку, потом освоил выплавку железа из болотной руды и начал производство самых необходимых предметов: от ножей до кухонных котлов. Дети Мордекая, Авраам и Мордекай-младший, унаследовали от отца навыки кузнечного ремесла, а от деда — вольный дух первопроходцев. Они ушли далеко на юго-запад, в новые земли, именуемые Джерси (будущий штат Нью-Джерси).
Почему именно туда? Эта недавно отвоёванная у голландцев территория была новым фронтиром — подвижной границей, «контактной зоной» между дикостью и цивилизацией. Она стала пристанищем религиозных вольнодумцев, не нашедших места ни в Европе, ни в пуританской Новой Англии. Здесь принимали и бежавших от Людовика XIV гугенотов, и не прижившихся в Британии квакеров. Возможно, именно квакерство было причиной переселения сюда прапрадедушки и прапрапрадядюшки Авраама Линкольна.
Мордекай и Авраам начали с постройки кузницы, потом обзавелись землями. Мордекай удачно женился и вошёл в круг уважаемых семей колонии. Но первопроходческий дух его не оставлял, и Мордекай двинулся ещё дальше на запад — на земли квакера Уильяма Пенна, давшего имя колонии Пенсильвания («лесные территории Пенна»), По этим «лесным территориям» спускалась от Аппалачей и бежала к бурно растущей Филадельфии река Скулкил, удобная транспортная артерия, чьи заболоченные берега были богаты полезными ископаемыми. Прекрасное место для полноценного железоделательного производства! Это производство, а также сотни акров[2] удачно купленной земли сделали Мордекая Линкольна весьма состоятельным колонистом. Основательный памятник его благополучию до сих пор сохранился в Лорейне, штат Пенсильвания, в 30 милях к западу от Филадельфии. Там на нынешней улице Линкольна стоит, слегка врезаясь в крутой спуск к ручью, добротный каменный дом в три этажа. Мордекай построил его в 1733 году, на пике деловых успехов. Прожил он, правда, после этого недолго и в завещании поделил собственность между сыновьями. Большинство из них стали уважаемыми жителями Пенсильвании, но одного, Джона, потянуло в неизведанные земли. Это был прадедушка Линкольна-президента.
Он с ощутимым доходом продал свою долю отцовской земли и примерно в 1768 году ушёл дальше на юго-запад, за горные хребты Вирджинии. Его так и стали называть в роду — «Джон Вирджинский». Джон осел на новой линии фронтира: в благодатной долине Шенандоа, будущей житнице востока Соединённых Штатов, в одном из её самых привлекательных для земледельцев уголков: красивом, плодородном, с хорошим климатом. А кроме того, достаточно укромном: разразившаяся в 1770-х годах Война за независимость почти не задела долину, прикрытую двумя параллельными хребтами гор.
